В звездном небе Минораса сверкали бесчисленные огоньки - это было торжество, куда были приглашены двое женихов. В темных проулках городской слепил путем для делегации из закованных в металл стражей и магов, словно живой лабиринт. Жаркие пламя свечей лишь добавляло интригу этому торжественному въезду....
Но, видно, не для этого смертного.
И как он чуть не проглядел его?! Нет, не так. Как удачно, что он не проглядел этого человечка, обычного раба. А, может, за последние два столетия в Омарате он просто устал проверять, и в этом все дело?
Оставалось выяснить еще одно, и Аграил щелкнул пальцами, пробуждая Алекса.
— Выспался? — Черные глаза изучали его лицо, и мужчина, зевнув, кивнул. — Как чувствуешь себя?
— Хорошо. Даже странно, магриф… — Он легко вскочил, потянувшись.
— Что? — Некромант поморщился, увидев измазанный плащ.
— Руки не болят. — Заметив вопрос во взгляде Изменника, мужчина пояснил. — Вчера я опробовал ваше заклинание, магриф, и после него болело все тело, особенно руки. А сейчас я словно отдохнул от магии не меньше пары дней.
— Вот и славно. — Аграил отвернулся, чтобы этот раб не заметил, как дергается его лицо.
— Магриф, а мое посвящение?
Некромант обернулся, недовольно поморщившись.
— Не сегодня. — Он активировал уже знакомый Алексу багровый портал. — Думаю, тебе сначала нужно подготовиться.
Глава 71
Впоследствии друзья не раз вспоминали тот день, особенно когда у Тверра случались припадки особенного, присущего только ему юмора, заключавшегося в отмене свободных дней, ночных побудках громовым голосом или рейдах через заляпанные грязью полосы с препятствиями.
«Неизвестно, насколько легкой будет служба, а вот тренировки — это просто…» — Частенько шептались между собой новобранцы.
Первые два месяца они только то и делали, что поднимали и перетаскавали камни, маршировали, стаптывая сапоги о потертые плиты двора, бегали бесконечные круги около казарм да потели на турниках, так что к концу дня большинство новичков обессиленно проваливались в глубокий сон.
Все физические мучения капрал любил перемежать и менять, видимо, чтобы его подопечные не скучали. Больше всех не везло Амрасу.
