В звездном небе Минораса сверкали бесчисленные огоньки - это было торжество, куда были приглашены двое женихов. В темных проулках городской слепил путем для делегации из закованных в металл стражей и магов, словно живой лабиринт. Жаркие пламя свечей лишь добавляло интригу этому торжественному въезду....
— Все будет хорошо.
— Ага, только помни об отравленном вине и ударах в спину. — Весьма оптимистично заключила Дейра. — Ладно, собирайся, вечером увидимся.
Девушка прошла к двери.
— И пригласи Тамриса. Подари парню кусочек счастья!
— Ни за что! — Донеслось до Дианы уже из-за порога. — Пусть помучается, гад!
«И что он опять учудил?!» — Пронеслось в голове у Знающей."
"Дверь захлопнулась, и Диана обвела взглядом свою небольшую квартирку, такую привычную и за пару лет ставшую родной. Девушка осторожно опустилась в свое любимое кресло и прикрыла глаза.
После гибели родных она стала намного проще смотреть на многие вещи. Девушку стали не так волновать ее незнатность и бедность, насмешки высокородных бездельников, не желавших скрывать свое отношение к «приемышу». И пусть ощущение отщепенца и не стерлось полностью, но стало размытым, а многие мелочи, раньше заставлявшие грустить или злиться, тоже стали мелкими.
«Прожитая боль делает нас сильнее!» — Губы девушки дрогнули от воспоминаний.
А год спустя погиб и Лин… Она невольно протянула руку, коснувшись колечка на шее.
«Гибель вследствие несчастного случая» — Так было написано в серенькой официальной бумажке, отосланной родственникам Лина, которую Морем дал ей прочесть. Случай, что не так уж редок среди владеющих Силой, но не сумевших ее вовремя подчинить.
Прошло время. Сбылась ее мечта — рядом с ней Темный князь. Но Диана знала, что не хочет подпускать его близко к себе. Она не доверяла ему. Потому что слишком больно Амрас умел ранить. И слова про династический брак шипами вошли в ее бедное сердце. Она так и не забыла их…
Глава 25
Зилор переполнили люди в пестрых просторных одеяниях, вопящие на неведомом гортанном языке. Громко кричали чтецы священных текстов на башнях храмов с золочеными шпилями, и гулкий бой храмовых гонгов вместе с песнопением проникал в сознание, словно раскаленный нож в мягкое масло.
— Скоро Рандскрип. — Итер с интересом смотрел на пестрые одеяния и шумные процессии, часть которых проходила и под окнами тюрьмы. — Один из главных храмовых праздников. Будут торжественные шествия, обязательные дармовые угощения и множество любопытнейших зрелищ. Но не для нас. — Купец сокрушенно покачал головой.
