Девушку спасают из ледяной воды таинственный северный дракон. Между ними вспыхивает страстная притяжение, но её прошлое и его мрачные секреты угрожают их чувствам. Сможет ли любовь преодолеть древние проклятия и разделяющие их миры?
Зеленое мерцание сделало свою работу — пленник выглядит намного лучше, хотя темные круги под глазами так и не ушли. Освободившись, наконец, из рук мага, бросаюсь к нему, жалобно скуля:
— Зря ты остался! Тебе надо было позволить себя исцелить и сразу уйти!
— Чтобы вам одним досталось самое веселье? — усмехается и переводит взгляд на союзника. — Что случилось с ментальной связью? Тебя почти не было слышно. Все, что я понял, — вы с Никой в беде и застряли у ворот.
— Я опустел, мой принц, — мрачнеет маг. — Подзарядка таранитом происходила несколько дней назад. Знаю, надо было пополнить ресурс, но королева ограничила к нему доступ. Виноват. Надеюсь, вы сможете меня простить.
— О чем ты? Ты спас мою Нику, я в неоплатном долгу. И окончательно тебе задолжаю, когда ты вытащишь нас из этой проклятой дыры. И, — с досадой морщится он, — ее пса не забудь!
— Мой принц, я сделаю все, что в моих силах, — маг склоняет голову.
— А теперь дай нам поговорить наедине, — приказывает принц.
Дариус тут же затыкает уши и вдобавок отворачивается.
— Откуда у тебя пес? — обращается ко мне Йемрен. — Когда Дариус рассказывал о тебе, он ни разу не упоминал собаку.
— Очень мило, что он докладывал обо мне хотя бы в общих чертах, — не могу удержаться от шпильки.
— Не вини его. С вопросами всегда наседал я. Если я что-то хочу узнать, то узнаю. Так что насчет собаки?
— Это длинная история. Ты уверен, что хочешь ее слушать… сейчас?
Каждый раз, глядя на скобы, к горлу поступает ком, и мне стоит огромных усилий оставаться спокойной. А его будто абсолютно не беспокоят эти мелочи. Словно мы не в грязных застенках, а удобно устроились в кофейне и болтаем под легкую музыку за чашкой кофе.
— Я никуда не спешу. К тому же, — он с теплотой улыбается, — мне приятно слушать твой голос. Он получше любой магии.
— Ладно, — не могу не улыбнуться в ответ. — Впервые я увидела эту собаку на сегодняшних переговорах с виедом…
— С виедом?! — обрубает меня, зло сузив глаза. Скулы выступают резче, каждая мышца тела напрягается, как пружина. — На переговорах с виедом?
Беспомощно развожу руками:
— Не смотри на меня так сурово! Не я звала виеда. Это королева решила навести с дикарями мосты.
— Аш-ш, — морщится принц. — Какого кхара она творит?! Это то же самое, что подружиться со стаей волков. Соглашение продлится до их первого голода… Прости, ирэя! Я спросил тебя о собаке, а сам не даю сказать ни слова…
— Твое возмущение понятно.
