В ненастной ночи, сын правителей оборотней учился вместе со студентами обычного уровня, но никто не знал о его происхождении. Я узнала его первым же вздохом, в отличие от напыщенного индюка — он не сумел придумать ложную иллюзию. Появление в академии сразу стало предметом обсуждений для блондинки-заучки, которая вчера готовилась к собеседованию с Архимагом....
В этот момент его руки на моих плечах сжались сильнее, а меня он практически вжал в себя, я же положила и вторую ладонь ему на грудь, поглаживая, тогда как Люк полностью забрал лидерство в поцелуе. Я, казалось, уже ничего не соображала, полностью растворяясь в ощущениях — трепетных, нежных, сладких и таких долгожданных. Как же мне хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Ведь это был не только поцелуй, но и сильные объятия, и ощущения крепкого тела и гулко бьющегося сердца под моими пальцами, и такая сладкая нега, что разливалась по всему телу.
Люк оторвался от меня так же быстро, как и обрушился своим поцелуем на мои губы. Мужчина отступил от меня и отвернулся, мои руки плетьми опустились вдоль тела, и я потерянно приложила пальцы к горящим губам.
— С-спасибо, — проговорила я сквозь слезы, которые потекли сильнее, чем прежде. Настоящие соленые дорожки, стекающие мне в рот прямиком по горящим и еще помнящим вкус поцелуя архимага губам.
Его Всесилие ничего не ответил, лишь отошел еще дальше. Словно я была чумной и он теперь боялся подцепить от меня заразу. Кто его знает? Наверное, он уже пожалел, я же… Я никак не могла понять себя.
Жалела ли я?
И да, и нет одновременно. Сейчас я была уверена, что больше никогда в жизни не испытаю ничего подобного, но теперь ничего больше не помешает мне стремиться к идеалу. Даже если Люка не будет в моей жизни, я буду ждать не меньших чувств, такой же любви и такого же отклика моего сердца, души и тела на обычный, казалось бы, поцелуй.
Люк начал тихо произносить незнакомые мне слова, задрал голову с закрытыми глазами и все говорил и говорил что-то, местами даже казалось, что он напевал. Слова все не заканчивались и не заканчивались, и я, наблюдая за Его Всесилием, сама не поняла, как перестала плакать. Просто впитывала в себя его образ, обняв себя за плечи, представляя, что это не мои руки, а его.
Люк резко замолчал и крутанулся, открыл глаза и сразу же поймал мой взгляд. Я растерянно моргнула, а архимаг нахмурился. В подземном зале со Светлым источником так никто и не появился. Ни Киринос, которого призывал Люк, ни Темный (ну а вдруг? Я же ему как бы дочь), ни Светлая. Тут тоже было «ну а вдруг». Вдруг она живая или мы сейчас подняли бы ее из могилы, тьфу ты… вытащили дух из загробной жизни, если такая вообще была у богов.
