В ненастной ночи, сын правителей оборотней учился вместе со студентами обычного уровня, но никто не знал о его происхождении. Я узнала его первым же вздохом, в отличие от напыщенного индюка — он не сумел придумать ложную иллюзию. Появление в академии сразу стало предметом обсуждений для блондинки-заучки, которая вчера готовилась к собеседованию с Архимагом....
Получается, Люк всегда думал, что это было ей в тягость, а это было ее истинным призванием.
— Я… я… — голос Аланы задрожал, глаза ее наполнились слезами. — Я не хотела, чтобы так вышло. — Самая сильная женщина, которую я когда-либо видела в своем мире, зарыдала в голос. — Я так запуталась, испугалась! Люк! Прости… Прости меня, если сможешь.
— Уже, Лани. — Он вытер слезы с ее щек, прижал к своей груди и тихо что-то ей прошептал.
Я не расслышала, но остро ощутила укол вины. Я не должна была подглядывать.
Он с ней прощался. И прощался он не только с Аланой — своей женой, но и с Аланой — королевой Светлых, оставшейся в том, другом мире. Люк прощался со своей юностью и любовью, со своими обещаниями и мечтами. И я не должна была всего этого видеть.
— Спасибо, — сквозь слезы прошептала Алана, быстро поднялась с диванчика и побежала на выход.
Огромные дубовые двери захлопнулись за ней слишком глухо и тихо, а я вжалась в стену еще сильнее, Люк же откинул голову на спинку дивана, шумно выдохнул, а затем провел ладонями по щекам и растер глаза.
Боги всех миров, да он же плакал!
Я, не осознавая себя, подбежала к нему, встала позади дивана, сняла с себя кокон невидимости и запустила пальцы в непослушные темные волосы.
Люк, не открывая глаз, поднял руку, коснулся моей, невесомо провел по запястью вверх и, тихо выдохнув: «Лея…» — потянул меня вниз, заставляя сильнее нагнуться. Я не успела ничего понять, как его руки переместились мне на талию, крепко сжали ее и подняли меня в воздух.
— Ждала за дверью, пока она не уйдет? — смешливо спросил он, но я видела, что в его глазах все еще застыла боль, а потому кивнула. Ему нельзя было знать, что я все видела и слышала. Нельзя.
Люк провел пальцами по моему подбородку, забрался в волосы и, сжав их на затылке, притянул к себе для поцелуя. Я сразу же податливо распахнула губы, ощущая его страсть и нетерпение, млея оттого, что оказалась ему столь необходима.
Где-то там, на задворках сознания, мелькала мысль, что все это неправильно, но она благополучно растворилась, стоило только Люку, развязать тесемки моего плаща, а затем приняться за замочки на платье.
Я гладила его лицо, обхватывая ладонями скулы, затем запускала руки в мягкие волосы и прижималась к Люку все теснее, наслаждаясь его напористым поцелуем.
