Я глухо стонала и извивалась под ним, не имея возможности прикоснуться к горячему телу и в то же время наслаждаясь упоительным ощущением беспомощности, пока мой демон расправлялся с трусиками. Тихий треск, и еще один предмет гардероба испорчен, хорошо, что я предусмотрительно запаслась сменой. Меня трясло от желания, казалось, если вот прямо сейчас не почувствую его внутри, точно умру от разочарования, и голодная, неудовлетворенная пустота сожрет меня. Всхлипнув в губы Алу, я широко раздвинула ноги и приподняла бедра в безмолвном приглашении, не нуждаясь ни в каких предварительных ласках. Я уже давно готова для него.
Теперь он прижимал мои руки уже двумя ладонями, по-прежнему не отрываясь от горевших огнем губ, выпивая мое дыхание. Гладкая головка скользнула по набухшему бугорку, заставив дернуться от пронзившей молнии острого удовольствия, а потом Ал вошел в меня одним мощным, сильным движением, сразу до конца. Я не удержалась, выгнулась, запрокинув голову и прерывая поцелуй, тихо вскрикнула. Перед глазами вспыхнули целые созвездия, а тянущая боль смешалась с тягучим, карамельным удовольствием. Мой демон замер, тяжело и хрипло дыша мне в шею, и попытался отстраниться, однако я не дала. Тут же обвила ногами, прижимаясь ближе, впуская глубже, захлебываясь в ощущениях и упиваясь эмоциями.
— Не с-смей, — сипло выдохнула ему на ухо и сжала мышцы, чувствуя восхитительную наполненность.
Это послужило последней каплей для моего слишком осторожного демона. Снова коротко рыкнув, он придавил меня к пушистой шкуре и начал двигаться. Резко, быстро, не давая ни мгновения передохнуть, и мир завертелся, утягивая в черную воронку удовольствия. Я опять растворялась, в Але, в собственной эйфории, нараставшей с каждым толчком, впитывала каждой клеточкой сладкий, болезненный восторг, бежавший по венам вместо крови. Мои хриплые крики метались под потолком спальни, я ослепла от накрывшего с головой шквала эмоций, острых, едва переносимых, стремительно падая в жадную бездну. И наконец этот восхитительный миг настал, после нескольких особо глубоких выпадов меня просто снесло, скрутило, я распалась на атомы и перестала существовать. Кажется, сознание все-таки покинуло меня на какие-то мгновения, после того, как услышала низкий, полный ликования рык около самого уха. Пожалуй, впервые в жизни мне захотелось устало выматериться от полноты ощущений, по-другому было не выразить всю глубину моих впечатлений от только что случившегося.
Очнулась я уже в кольце сильных рук без всякой чешуи и когтей, нежно прижатая к груди, где все еще суматошно колотилось Сашкино сердце.
— Эй, — осторожно позвал он, поцеловав в макушку, в голосе сквозила тревога.