В небольшом кафе в центре города шумит рабочий день. Я села к себе любимому столику у окна, уже заказав заранее. Вот и пришел клиент — редкий мужчина, который выбрал именно меня. Здесь обычно ездили за помощью женщины разных возрастов и социальных уровней — кто-то пытался облегчить душу, другие требовали совета или просто места для разговора. Я была избранницей для демона в этом особняке....
— Вот скажи спасибо, что я запасливый, и вечно в карманах всякую фигню таскаю, — добродушно проворчал Вовка, вытащив таблетку домофона. — Универсальный ключ. Переулок Джамбула, семнадцать, четвертый этаж, квартира сто двадцать четыре, окна выходят во двор, — отрапортовал он и, состроив дурашливую физиономию, преувеличенно восторженно уставился на Александра. — Хозяин доволен? Вова заслужил печеньку?
Ивлев фыркнул и не выдержал, расхохотался, заводя машину.
— Все, хорош, братан, ты лучший друг, — отсмеявшись, произнес он.
— Ну вот что я говорил, — Вова покачал головой и хмыкнул. — Узнаю, ладно.
— Звонила мама, они нас уже ждут, заедем только по пути в цветочный, — сообщил Сашка, выруливая на улицу.
— Отлично, — парень потер ладони с предвкушением. — Я зверски проголодался, а твоя мама замечательно делает мясо в подливке.
Направляясь домой, Ивлев уже знал, что будет делать завтра с утра, как удивит Лину. Заодно проверит, любит ли девушка сладкое.
Не знаю, что послужило причиной, то ли напряженный день, то ли еще что, но спала я не очень хорошо. Раза два или три просыпалась, все казалось, за окном какие-то звуки раздаются, но — четвертый этаж, и рядом только водосточная труба проходит. Глупо думать, что кто-то рискнет по ней забраться. Да и кто? Альпинист-промышленник? Так что, проснувшись второй раз от того, что мне послышался скрежет, и естественно, никого не обнаружив, я решительно направилась на кухню, накапала пустырника и вернулась в постель, повернувшись к аквариуму с подсветкой.
А вот проснувшись и раздвинув шторы, я оторопело уставилась на лежавшее на подоконнике пирожное, красиво упакованное в прозрачную коробку и перевязанное трогательной розовой ленточкой.
— М-мамочки… — тихо пискнула я, вцепившись в штору и оседая на пол, едва не утянув всю конструкцию вместе с карнизом себе на голову.
Четвертый, мать его, этаж. Вверху еще два и крыша.
"— Да бред же, — пробормотала, осторожно поднимаясь. — Реально бред.
