В небольшом кафе в центре города шумит рабочий день. Я села к себе любимому столику у окна, уже заказав заранее. Вот и пришел клиент — редкий мужчина, который выбрал именно меня. Здесь обычно ездили за помощью женщины разных возрастов и социальных уровней — кто-то пытался облегчить душу, другие требовали совета или просто места для разговора. Я была избранницей для демона в этом особняке....
Едва они появились, как с лестницы раздался недовольный, раздраженный голос:
— Что вообще происходит? Какой придурок мне ворота разбил?..
Бочкин спустился, сжимая в руке банку с пивом, в небрежно запахнутом халате, однако при виде нежданных гостей досада на его лице сменилась откровенным ужасом. Он замер на последней ступеньке, выронив банку, и она ударилась об пол, с шипением выпустив из себя пенный напиток. Из горла Олега вырвалось сипение, как из пробитого шланга, а когда Алларэн с предвкушением улыбнулся, медленно процарапав на стене глубокие отметины когтями, по-бабьи взвизгнул и кулем осел на ступеньку.
— Ас-си, Лина, — напомнил Ал и плавно скользнул вперед.
Ассаэна, не обращая ни малейшего внимания на хозяина дома, одним большим прыжком преодолела расстояние до лестницы, а вторым — до площадки второго этажа, прямо через Бочкина, и скрылась в густой тени. Ал же, небрежно стряхнув стружку с когтей, с предвкушением посмотрел на белого, как сметана, Олега.
— Я ж тебя на ремни пор-режу, твар-рь, — ласково прорычал Алларэн и, не дожидаясь ответа, наотмашь ударил похитителя.
ГЛАВА 19"
"Я смотрела, как чужая ладонь ползет по моей ноге к коленке, и тихо хихикала, испытывая непонятную эйфорию и восторг от прикосновения. И хотя еще несколько мгновений назад паника готова была накрыть с головой, сейчас мне не хотелось ни отстраниться, ни просто отдернуть ногу для начала. Где-то там, на самом дне души, какая-то часть меня отчаянно пыталась достучаться до сознания, но, видимо, та дрянь, что вколол Олег, слишком уж забористой вышла.
— Как я соскучился по моей вредной девочке, — пробормотал мой похититель, облизнув губы, отпил из банки и поставил ее на тумбочку. — Но сначала накажу тебя, моя принцесса, — он с предвкушением ухмыльнулся.
Ощущая себя легкой, как воздушный шарик, я утомленно прикрыла глаза — комната начала медленно вращаться перед глазами, и стало жарко, одежда причиняла неудобство. Олег же придвинулся ближе, наклонился надо мной и практически обнял, жарко сопя в ухо и начав развязывать запястья.
— Щекотно, — зачем-то пояснила свою реакцию, пока Олег возился с веревками.
А он вдруг прижался ртом к моей шее, и неожиданно прикосновение мокрого, шершавого языка вызвало смутную неприязнь. Нет, мне не нравился этот поцелуй, и вообще, мне нравилось, когда меня целовал другой мужчина… Другой. Мужчина.
