Казалось, крови Фомора очень мало, но удивительным образом её хватало на то, чтобы один за другим чертить на жертвенном камне рвущие связь символы. Не знаю, в какой миг я перестала осознавать, что делаю. Словно всё вокруг исчезло. Я оказалась совсем в другом месте и вновь видела перед собой уходящую вниз по тропе девочку в белой сорочке. Там, в просвете между деревьями, в мутном свете нехотя посверкивала вода озера. А ещё дальше — я теперь знала — на огромном острове стоял замок Балора. Так сказал Ингос.
Но когда я попыталась сдвинуться с места, чтобы пойти за Ребекой и забрать её обратно, поняла, что не могу и шагу ступить, словно мои ноги вдруг вросли в землю — уже знакомое ощущение. Помнится, в прошлый раз меня, почти бездыханную, из Нижнего мира выносил Всадник. А начиналось всё с похожей западни.
Ступни начали замерзать. Невыносимая усталость поползла вверх по лодыжкам до колен, и даже длинный подол шерстяного платья не спасал. Я не могла остановить это. И вернуться не могла — голос Харелта здесь не слышен. Не зря он говорил мне, что справляться придётся самой. И решать, очень быстро, что делать, тоже.
— Ребека! — в отчаянии позвала я.
— Она уже не слышит вас. За неё нужно побороться, — знакомый голос вонзился в меня десятком копий. — Скоро фоморы почуют, что вы здесь, и придут.
Повернулась к спокойно сидящему на ветке ворону.
— Зачем ты здесь снова? Чего ты хочешь от меня?
— Хочу помочь. Как и вы, ваше величество. И я помогу, если вы пообещаете, что сделаете для меня что-то в ответ.
— Я не верю тебе. Больше не верю.
Я стиснула зубы, когда мышцы в очередной раз свело от холода. Ворон смотрел на меня невозмутимо и не шевелился, словно неживой.
— Из за своего упрямства вы позволите Балору забрать принцессу, чтобы после она смогла вернуть фоморов обратно в людской мир? — поинтересовался он с таким явным укором в голосе, что от него и правда могла бы взыграть моя совесть.
Если бы не то, как Ингос появлялся в моей жизни последние несколько раз…
— Как она может это сделать?
— Она станет его женой. Наследница правящего рода Глиннхайна. Носительница самой сильной крови среди всех.
— Но она ещё совсем ребёнок! — От страшного негодования у меня в груди застыл горячий комок, мешая дышать и разгоняя кровь злостью.
— У Балора много времени. И король Каллум задолжал ему. Потому это хороший случай. Ниточка, что выведет его обратно.
Своим появлением вы, ваше величество, вынудили его торопиться. Это хорошо. Но без меня вы не двинетесь дальше.
— Очень самонадеянно! — Я дёрнулась вновь, и показалось, что теперь смогла пошевелиться чуть больше.
Что там говорил Харелт? Я могу почти всё, только ещё не знаю об этом. А если не буду пробовать, то не узнаю никогда.
— это вы самонадеянны.