Я осторожно приподняла руку пугающе молчаливого Атайра: где-то на уровне локтя у него в боку зияла глубокая по виду рана. Явно нанесённая узким длинным лезвием. Кинжал? Нож? Всё же я мало разбиралась в оружии. Но то, что удар явно подлый, нанесённый не в честном бою, поняла и так.
И, как назло, никого не было вокруг. Оставлять принца страшно, но и позвать на помощь просто необходимо, иначе истечёт кровью.
— Я позову лекаря. И ещё кого-нибудь, — торопливо зашептала я, склонившись к лицу бледного, как луна, принца. Погладила его по слегка шершавой щеке. — Полежите здесь… хорошо? Я…"
"— Полежу, — едва заметно усмехнулся тот.
Как же странно видеть его таким ослабленным, застывшим, осторожным, словно каждое лишнее движение грозило ему немедленной смертью. Подо мной будто закачалась опора: вот-вот и сама рухну в пропасть. Он не может умереть!
Но едва я привстала, собираясь бережно опустить Атайра, как из бокового хода в коридор вышел слуга с каким-то ящиком в руках. В первый миг он немало растерялся, заметив нас с принцем на полу, и даже дёрнулся пойти назад.
— Стой! — рявкнула я так, что у самой в ушах зазвенело. — Его высочество ранен! Быстро позови кого-то из мужчин со двора. Там, — махнула рукой в сторону двери. — И ещё нужен лекарь. Очень быстро!
Я передумала оставлять принца. Потому что слуга оказался, на счастье, смышлёным. Он бросил свою ношу и промчался мимо меня. Скоро вдалеке глухо послышались встревоженные голоса, и через миг внутрь ввалились сразу несколько мужчин. А впереди них сам король.
— Что случилось? — грянул он на весь коридор.
Но ответ ему, кажется, вовсе не был нужен. Кто-то схватил меня под мышки и поднял на ноги. Я ещё пыталась уцепиться за Атайра, со странным упорством не желая его отпускать.
— Несите его к лекарю! — распорядился Каллум.
И воины разво подхватили Атайра на руки и осторожно, стараясь не трясти, понесли прочь. Король с каким-то диким, почти бессмысленным выражением глаз посмотрел на меня, и его губы явственно побелели. Ещё никогда я не видела, чтобы родитель так испугался за своего ребёнка. Пусть этот ребёнок уже выше его ростом и шире в плечах. Пусть он своими руками ещё недавно убил с десяток сильных воинов.
— Можно?.. — тихо проговорила я, провожая взглядом уносящих Атайра мужчин. — Ваше величество, можно я пойду с ними?
Каллум, кажется, не сразу меня услышал. Но моргнул и рассеянно покивал, как будто собственным мыслям. Я опустила взгляд на свои руки — они были все липкими от крови принца — и бездумно вытерла их об испачканную юбку.
— Да, идите, — наконец проговорил король. — Только…
— Я не буду мешать.
И, уже не дожидаясь окончательного его согласия, побежала следом за удаляющимися мужчинами.