Я стояла перед зажжённым колдовским пламенем, его мерцающие волны уже нарушали покой моего тела и души. Черный символ рун стремительно прилипал к сердцу, как будто он был вынужден меня слушаться. В этот миг я почти сгорела в собственной спальне от неуместного возмущения - и это лишь утром....
А я… выглядела рядом хрупкой и дерзкой одновременно. Красное платье без рукавов открывало ключицы. Дальше оно могло показаться вполне приличным: обтягивая фигуру до талии, расширялось к низу и струилось до самых пяток… Однако стоило сделать шаг, как проявлялись разрезы на юбке, заканчивающиеся высоко на бёдрах! А спина и вовсе оставалась открытой до середины! И именно там Рэйкиар закрепил двойную золотую цепочку, неоднократно коснувшись открытого участка кожи и заставляя меня гореть от смущения…
Следующим украшением он одарил запястье моей левой руки.
– Это сапфир, – заметив мой заинтересованный взгляд, прокомментировал Рэйкиар. – Подходит к цвету твоих глаз.
Прежде чем я ответила, он развернул меня за талию и вынул из сундучка тонкий золотой пояс, выполненный в виде стебля цветка с отходящими от него листиками…
– Очень красиво, – проговорила я, осторожно прикоснувшись к металлу.
– Украшения твои, – спокойно возразил Рэйкиар и вынул из сундучка что-то ещё. – И оправдываться за потерю не перед кем. А ночью… тебе предстоит думать совсем о другом.
– Тогда я не могу принять эти подарки! – выпалила я, испуганно глядя на своё отражение.
– Можешь, – заверил Рэйкиар, – и должна. Иначе все решат, что я избрал в пару женщину, на которую жалею средства. А это совсем не те слухи, которые мне хотелось бы распускать в Оборотном мире.
Я открыла рот, чтобы спросить, какие слухи в таком случае ему по душе, но передумала. Не знаю, готова ли я такое услышать.
Рэйкиар опустился передо мной на одно колено и, осторожно сдвинув ткань платья, дотронулся до щиколотки.
– Не пугайся. На правой ноге браслет будет чуть выше…
И коснулся моего бедра.
