Автор
Располагаешься в серых улочках ночного города, где каждое шагу опасность прячется за поворотом. Женщина бежит со всех сил, дыша с надрывом и прячашись в подворотнях, переносясь между темнотой и светом лунных лучей. Её тяжелая накидка лишь усугубляет движение, но бросить её она не может — это бы означало окончание пути....
Он коротко кивнул, подошёл к возвышению и решительным движением сдёрнул накидку, отчего снежинки взметнулись вверх серебристой пылью."
"Ханн громко ахнула, при виде открывшейся им картины. Под тёплой накидкой, на груде еловых веток лежала девушка со светлыми волосами, обхватив руками плечи и прижав колени к подбородку. Незнакомка была одета в странную одежду — длинную белую сорочку до пят, лёгкую и совсем не подходящую для сурового и беспощадного времени года.
На секунду, Ханнале показалось, что девушка крепко спит, однако кровь на пальцах и рубашке говорила совсем об обратном.
— Проверь, пожалуйста… — севшим голосом попросила она, осторожно выглядывая из-за широкой спины Аса Кая.
Он медленно протянул руку вперёд и осторожно коснулся шеи блондинки. С трудом, но ему удалось нащупать редкие удары. Девушка не была мертва, но надолго ли?
Прикрыв её накидкой, Аса Кай обратился к своей подруге:
— Жива и у нас есть два варианта. Один из них точно не понравится твоему лидеру.
— Нашему, — поправила его подруга.
— Мой лидер никогда бы не допустил смерти Лины, — с жаром возразил Аса Кай. — Давай решать, что будем делать? Иль Кан не позволит привести в наше убежище раненую, даже если ей требуется помощь. Он в каждом прохожем видит врага!
— Хочешь убить несчастную и принести Кану её тело? — возмутилась Ханн. — Извини, но я пас. Отец с детства учил меня не причинять зла безвинным, а мы даже не знаем кто она и как здесь оказалась!
Аса Кай выругался сквозь зубы, не стесняясь сквернословить в присутствии лучшей подруги.
— Кай, не верю, что ты можешь быть столь бессердечным, — Ханн встала перед ним и мягко положила ладони ему на плечи, глядя прямо в глаза.
— Она всё равно уже не жилец: либо замерзнет к утру, либо умрёт от руки Иль Кана. Может, так мы лишь облегчим её участь, — рука Аса Кая потянулась к мечу, висевшему на поясе в ножнах из тёмной кожи.
