«Да тебе это и не нужно», – подумал Дайсон, когда Лэсси, невольно попятившись, наступила ему на лапу. И спросила зачем-то:
– А… а радио как же?
– На батарейках. – Мужчина кивнул в сторону маленького приемничка на столе возле кресла.
Ренн Дани был очень высок, выше, наверно, Дайсона, только чрезвычайно худ. Скорее всего, не от недостатка пищи, а от малоподвижного образа жизни. Бывает, люди в таких обстоятельствах расплываются, а бывает, словно иссыхают.
Ну и теперь понятно стало, отчего никто в квартале никогда не видел сьера Дани: он вряд ли стремился показываться людям на глаза. Хозяйка – та наверняка видела, но, судя по всему, сплетницей не была, раз уж за столько лет не проболталась, что ее жилец слеп как крот. И не просто слеп: у Ренна Дани глаз не было вообще – один шрам на их месте. Да что там, у него вместо всего лица был один сплошной шрам!
Дайсон подметил, что нос ему худо-бедно восстановили. Еще, скорее всего, пришлось собирать сломанные челюсти по кусочкам, и теперь лицо бедняги выглядело перекошенным, а рот не закрывался до конца. Зубы, похоже, вставные: от своих вряд ли много осталось при таком раскладе. «Чем же таким его приложило? – невольно задался вопросом Дайсон. – Совсем уж страшных ожогов не видно, даже волосы на месте… только лицо пострадало. Спорю на вечерний паек – у него под носом что-то взорвалось. И не на войне – не настолько старые шрамы. Да и вряд ли тогда было время заниматься этим вот… восстановлением лица по остаткам черепа».
– Спрашивайте, сье. – Дани безошибочно нашел стул, второй галантно предложил девушке. – Хм, вы не одна? С собакой? Псиной пахнет.
– Мы же его помыли… – выдавила Лэсси и осторожно опустилась на краешек сиденья.
– Чистой псиной, – хмыкнул мужчина. – Служебный?
– Был сапером. И пес у меня был… Погиб, а я выжил. Но это, – он коснулся лица, – не с войны, если вам интересно, сье.
– Прошу извинить, сьер, я вела себя невежливо, – тут же сказала Лэсси, хотя любому ясно было: она сгорает от любопытства.
«Сообрази же: в его личном деле написано, откуда у него шрамы! – чуть не зарычал Дайсон. – Не вздумай спросить!»
– Просто… ну… одно дело – описание и даже фотография, – выкрутилась она, будто услышав его мысли, – а вживую…
– Да, я знаю, при виде меня дети начинают плакать, а некоторые даже писаются, – непосредственно ответил Дани. – Но вы уже не ребенок, поэтому перестаньте меня рассматривать и задавайте наконец вопросы! С минуту на минуту явятся грузчики.
