И Дик оказался прав, утверждая, что не испытывает к ней совершенно никаких эмоций, и он относился к ней, скорее, как к натюрморту, который взялся запечатлеть на холсте, чем к женщине, которую некогда боготворил.
Однажды утром, в середине июля, она сидела перед ним в его студии, а он, вопреки обыкновению, очень спокойный, кусая кончики кистей, переводил взгляд с нее на холст и обратно.
Внезапно он воскликнул:
- Это очень похоже на тебя, - произнес он, - и все же это не ты. Отличий слишком много! Я не могу изобразить тебя так, словно ты слушаешь гимн, написанный органистом, объевшимся кексов, с помощью четырех диезов. Это тебе совершенно не подходит!
- Ты должен был приложить все усилия, - сказала она.
- Так в чем же дело?
- Ну конечно же, в твоих глазах, - ответил он. - В них что-то есть, и ты об этом знаешь. Что-то такое, что присуще только тебе. Вернемся на некоторое время назад; помнишь, мы говорили о том, что у наших братьев меньших все можно прочесть по их глазам, как и у тебя.
- И я тогда еще подумала, что будь я собакой, я бы непременно зарычала на тебя, а будь кошкой - поцарапала.
- Это уже конкретное действие; я же говорю о том, что и ты, и животные пользуетесь только глазами, в то время как люди выражают свои мысли и с помощью рта, и с помощью лба и все такое прочее. Довольная собака, раздраженная собака, голодная собака, сытая собака, безразличная собака - все это можно прочесть у нее по глазам. Ее пасть при этом почти совершенна неподвижна, и то же самое можно сказать про кошку, если не более.
- Ты часто говорил мне, что я настоящая кошка, - совершенно спокойно заметила леди Мэйдингли.
- Я и теперь готов это повторить, - сказал он. - Может быть, взглянув в глаза кошке, я пойму, что именно я упустил. Спасибо за подсказку.
Он положил палитру и подошел к столу, на котором стояли бутылки, лед и сифон.
- Не желаешь ли чего-нибудь выпить? Сегодня жарко, как в Сахаре, - спросил он.
- Нет, благодарю. И когда же ты назначаешь последний сеанс? Ты ведь сам сказал, что остался всего один.
Дик наполнил стакан.
- Я отправлюсь куда-нибудь на природу, - сказал он, - чтобы придумать, что поместить на заднем плане. Если повезет, я закончу все в три дня, если нет - то может быть через недели или чуть позже. Я совершенно не представляю, что там должно быть. Скажем, через неделю?
Леди Мэйдингли сделала пометку в своей украшенной золотом и драгоценными камнями записной книжке.
- И мне следует приготовиться к тому, чтобы увидеть кошачьи глаза на месте моих собственных, когда я увижу картину в другой раз? - спросила она, проходя мимо холста.
- О, ты вряд ли заметишь разницу, - сказал он. - Разве не странно, что я никогда терпеть не мог кошек - они заставляют меня ощущать какую-то слабость, а ты всегда напоминала мне кошку.