Остальное я вам рассказывал раньше.
— А тебе не пришло в голову, вернувшись домой, слазить на антресоли и проверить, на месте ли пистолет?
— Пришло, конечно. Но я боялся разбудить родителей.
— Мог опять что-нибудь соврать, про джинсы.
— Мог, — Павлик тяжело вздохнул, — конечно, мог бы. Но, если честно, я боялся обнаружить, что его там нет. Тогда мне пришлось бы что-то делать, а что именно, я понятия не имел. К тому же на следующий день, рано утром, я должен был отдавать машину клиенту, мне надо было привести ее в порядок, придать товарный вид, пропылесосить салон. Я, пока гнал ее из Гамбурга, там кое-где поцарапал, в салоне и в багажнике бардак. В общем, я поел и пошел в гараж.
Арсеньев тут же вспомнил, что гараж находился во дворе у дома. Месяц назад, в конце марта, там провели обыск и ничего интересного не нашли.
— Что мне теперь будет? — тревожно спросил Павлик.
— Не знаю, — покачал головой Арсеньев, — раньше надо было думать. Догадался бы ты сразу сдать пистолет в ближайшее отделение милиции, вот тогда бы точно ничего не было. Остались бы живы Куликовский, твой брат Василий, а возможно, и те несчастные девки на шоссе. Хотя они вряд ли.
"И все-таки он чего-то недоговорил, — терзался Арсеньев, возвращаясь домой, — вроде бы все логично, понятно, но чего-то он недоговорил. Или просто я ждал большего от этой встречи? Теперь я знаю, как пистолет попал к Вороне. Ну и что? Еще я знаю, кто обстрелял проституток. Кстати, это было именно здесь".
Арсеньев чуть сбавил скорость. Под рекламным щитом фирмы "Сони", перед поворотом на Лыковскую улицу, дежурили две девицы, по виду довольно дешевые и несчастные. Впрочем, им, кажется, повезло. Возле них остановился черный "Фольксваген-гольф". Арсеньев ехал очень медленно, по крайней полосе, не удержался и посветил фарами. Было видно, как девицы подошли к машине. Возможно, это был тот же, что уже пытался снять себе девочку, но раздумал и проехал мимо. Но возможно, и совсем другой. Ночью отличить цвет мокрого асфальта от черного довольно сложно, а номера Арсеньев заметить не успел.
Водитель на этот раз проявил решительность. После недолгих переговоров одна из девушек нырнула в салон. "Фольксваген" увез ее с шоссе на Лыковскую улицу и скрылся из виду. Отъехав, Саня заметил в зеркале одинокую фигуру второй девицы. Она осталась стоять, ожидая своей удачи уже в одиночестве, из чего следовало, что девушки были бесхозными, без сутенера и "мамы", без компании товарок. Возможно, вообще не профессионалки, а любительницы, которые жили где-то поблизости и иногда, от нечего делать, выходили подработать на шоссе.