Пусть курят, пьют, — Раиса так возбудилась от своих воспоминаний, что встала со скамейки и принялась расхаживать взад-вперед по дорожке.
Улучив момент, когда нянька отвернулась, Галина Дмитриевна подняла сверток и спрятала в карман халата. Развернула она его только оказавшись в туалете, где никто не мог ее увидеть. В маленьком пластиковом мешочке она обнаружила мобильный телефон и вырезку из журнала с телепрограммой. Красным маркером было выделено две строчки: “У нас в гостях, в прямом эфире, известный политик Евгений Рязанцев…"
Более всего она опасалась, что не удастся вовремя включить телевизор. Ей запрещали смотреть его после девяти вечера и смотреть бесконтрольно. Обычно сестра перед сном забирала пульт. Но иногда забывала. Галина Дмитриевна заранее спрятала его в тумбочку, за метком с фруктами, сестра даже не вспомнила о пульте и искать не стала.
За полтора часа, проведенные в думском пресс-центре, Маша узнала много нового и интересного. До Феликса дошло, наконец, что ее прислал концерн “Парадиз”, что она выпускница Гарварда и намерена изучать русский политический пиар.
— А, прости, кто субсидирует тебя? — спросил он, прищурившись, и Маша поняла, что он протрезвел окончательно.
— Концерн. Кто же еще?
— Класс. Мне бы так… Слушай, а ты с Хоганом лично знакома?
— Конечно, — скромно кивнула Маша, — я иногда сопровождаю его на всяких важных переговорах, конференциях.
— Погоди, а кто же тебя встретил?
— Сотрудник нашего посольства.
— Где ты будешь жить?
— Он же снял мне квартиру через знакомых.
— Интересно, где, в каком районе?
— Класс, — одобрительно кивнул Феликс, — и как квартира, хорошая? Сколько комнат?
— Слушай, ну какая тебе разница? — слегка рассердилась Маша. — Я же не спрашиваю тебя, сколько комнат в твоей квартире.
— А ты спроси. Я отвечу, — Феликс заулыбался, показывая ряд отличных зубов, ровных и белых, — могу даже в гости пригласить. Хочешь, прямо сегодня. Я живу один. Квартирка так себе, трехкомнатная, сто тридцать метров, в новом элитном доме, холостяцкая, но уютная. Ты вечером что делаешь?
— Ужинаю с сотрудниками посольства, — отрезала Маша.
Этот Феликс стал ужасно раздражать ее. Ей показалось, что насчет трехкомнатной квартиры в элитном доме он врет. Просто так, из любви к искусству. Более того, он приглашает ее в гости сегодня вечером, совершенно точно зная, что она откажется. И еще, он постоянно гримасничал, как будто на его лицо была натянута мягкая резиновая маска, снабженная изнутри сложным самодвижущимся механизмом.
— А, понятно, — он вытянул губы трубочкой и сдвинул брови к переносице.