Григорьев вдруг подумал, что его дочь никогда не позволяла себе давать жесткие оценки людям, всегда умела сдерживаться даже в самых неприятных жизненных ситуациях, но если речь заходила о книгах, о фильмах, о выдуманных героях, выплескивала наружу целую бурю эмоций.
Почему он раньше не замечал этого? И как он может прогнозировать поступки и просчитывать мотивы чужих, безразличных ему людей, если собственную дочь, самое главное, самое любимое существо на свете, так плохо знает и понимает?
— Ну ладно. Все-таки при чем здесь Джен Эйр? К чему я вдруг все это вспомнил? Жена сумасшедшая, любовница изменяет и погибает, — произнес Григорьев, глядя на котенка, — скромница Джен выходит замуж за вожделенного героя, который стал слепым, одноруким, беспомощным. Видишь, какая у меня хорошая память? Вот, а ты говоришь.
Котенок фыркнул, выгнул спину, шерсть встала дыбом. Андрей Евгеньевич догадался, что он, как и Христофор, терпеть не может табачный дым.
— Куда же вы везете молодую леди в такое позднее время? — спросил Ловуд с натянутой улыбкой.
— Мне срочно нужна помощница, — ответил Рязанцев, открывая дверцу машины и жестом приглашая Машу, — я должен ввести ее в курс дела.
— Но мисс Григ только вчера прилетела, ей бы не мешало отдохнуть. Разница во времени, тяжелый перелет, — возразил Ловуд и подкинул на ладони ключи от машины.
Рязанцев в ответ оскалился и произнес, едва сдерживая раздражение:
— Ее прислали сюда работать.
— Ого, — покачал головой Ловуд, — вам, однако, повезло, мисс Григ, у вашего шефа сегодня очень воинственное настроение. Честно говоря, я впервые вижу его таким грозным. Если он вас будет мучить, пожалуйтесь мне, я приму меры.
— Интересно, какие? — спросил Рязанцев. Он справился с раздражением, и оскал превратился в нормальную вежливую улыбку. Маша уже сидела в машине, дверца была открыта, Ловуд придерживал ее и не давал захлопнуть.
— Евгений Николаевич, вы, наверное, успели утомиться от общения с вашей доблестной милицией? — Ловуд сочувственно вздохнул и прикоснулся к плечу Рязанцева. — Беседы, допросы… И все напрасно. Измотают нервы и отнимут кучу времени, в итоге никого не найдут. А найдут, так не сумеют ничего доказать.
— А вы откуда знаете? У вас есть опыт? — огрызнулся Рязанцев.
— К счастью нет, — Ловуд рассмеялся, почти натурально, — зато у меня богатое воображение. Любопытно, у них уже имеются какие-нибудь версии? Они нашли оружие? Кого они подозревают?
"Вот почему ты здесь торчишь, — заметила про себя Маша, — любопытно тебе. Просто любопытно, и все”.
— Как раз сейчас меня ждет майор милиции, и мы с ним будем беседовать о версиях, — холодно сообщил Рязанцев, — всего доброго, мистер Ловуд.
— До свидания, господин Рязанцев, до свидания, мисс Григ.