– Балованный, капризный, инфантильный, – быстро пробормотала Юля, – завышенная самооценка и болезненная потребность в самоутверждении, которую он реализует, постоянно меняя женщин. Занимается бизнесом, не вполне успешно, однако на жизнь хватает. Не умен, но хитер. Трусоват. В экстремальной ситуации сразу впадает в панику. Любит и умеет врать. А в общем вполне милый молодой человек.
– Вы что, знакомы с ним? – Райский нервно сверкнул очками.
Юля уловила тревогу в его голосе и с невинной улыбкой спросила:
– А почему вы так испугались, Михаил Евгеньевич? Если я знакома с объектом «А», разве это что-то меняет?
– Да, – рявкнул он, почти теряя самообладание, – это многое меняет. Так знакомы или нет?
– Успокойтесь. Я просто фантазирую. Сочиняю на ходу. Я впервые увидела его на этих снимках.
– Неправда, – покачал головой Райский, – ничего вы не сочиняете, Юлия Николаевна. Скажите честно, откуда вы все это знаете?
– Ну ладно, – улыбнулась Юля. – Я так же, как и вы, учила в институте психологию и основы древней загадочной науки физиогномики. Все это написано у него на лбу, просто надо уметь прочитать.
– Да, Юлия Николаевна, вы умеете, – процедил он сквозь зубы после долгой паузы, – ну а что же написано на лбу у объекта «Б»?
– Умный, сильный, надежный. В нем есть некоторая жесткость, но это, вероятно, как-то связано с его образом жизни. Ему часто приходится принимать решения не только за себя, но и за других. Ну что еще? Он вынослив, нетребователен в быту, замкнут. Да, очень замкнут и, скорее всего, одинок. Он молчун, но не такой многозначительный, как вы, Михаил Евгеньевич. Он просто больше любит молчать, чем говорить, это для него более естественное состояние. А вы держите паузы в диалоге, чтобы озадачить, напрячь собеседника, вызвать у него растерянность и лишить воли к сопротивлению.
– Браво, – фальшиво хохотнул Райский и пару раз сдвинул ладони, изображая аплодисменты, – я бы взял вас к себе на работу психологом.
– Я бы к вам не пошла, – улыбнулась Юля.
– Во-первых, не люблю многозначительных пауз, во-вторых, у меня другая профессия. Подведем итог, Михаил Евгеньевич. Если я правильно поняла, вы хотите, чтобы я сделала из объекта «Б» двойника объекта «А»?
– Совершенно верно, Юлия Николаевна. Сколько это займет времени?
– Зависит от количества операций и особенностей организма пациента. Заживление проходит у всех по-разному.
– А в одну операцию нельзя уложиться?
– Пока не знаю. Мне надо просканировать эти фотографии и поработать с ними на компьютере.
Тогда ей не пришло в голову спросить, знает ли сам объект «Б», что с ним собираются делать. Она была уверена, что знает, и просто не предполагала других вариантов.