Я не чувствую ничего, кроме чего-то мокрого и отталкивающего, при этом внутренне в тело будто вонзается тысяча игл. Они безжалостно кромсают, царапают, истязают. Разрушают и мучают.
Пытаясь отгородиться от муки, я с силой сжимаю плечи Чарли и, ломая себя, стараюсь отвечать на поцелуи, изображая взаимный интерес. Вдруг мне надо лишь немного потерпеть и станет лучше? Вдруг это чувство безысходности исчезнет?
Рука волка накрывает мою левую грудь и аккуратно сжимает, большой палец поглаживает сосок, а моя попа внезапно натыкается на внушительную выпуклость, которая пугает меня. Вселяет испепеляющий ужас. Она будто очередное подтверждение того, что должно произойти и к чему я совершенно не готова, как бы себя не уверяла.
— Я так сильно хочу тебя, Дженни, — шепчет Чарли, отрываясь от моего рта спускаясь к шее. Каждое прикосновение его губ к моему телу — новый кинжал в содрогающееся в муках сердце. — Ты лучшая девушка, которую я когда-либо знал. Ради тебя я готов на все.
Озноб проходится по всему телу. Меня начинает мутить, но если рвотные позывы удается сдержать, то дорожки слез из глаз остановить невозможно.
— Ты плачешь? — Чарли слегка отодвигается от меня и обеспокоенно смотрит в глаза. — Почему? — если бы я сама могла ответить на этот вопрос.
Плачу ли я из-за той неслыханной боли, которую мне доставляют чужие касания? Ведь сознание и тело сплелись воедино, повторяя, что любые мужские прикосновения, кроме прикосновений Оуэна — чужие. Неправильные. Неприязненные. Противоестественные.
Или я плачу потому что эта боль смешалась с другой, с той, которая горько усмехается от понимания, что альфа никогда не скажет мне тех слов, которые только что произнес Чарли.
— Извини. — нервно отвечаю, пытаясь остановить дрожь собственных губ. Меньше всего мне хочется обидеть оборотня. — Я просто…
Но договорить не успеваю. Волна взрывной силы проносится по дому, заставляя нас с хозяином дома пошатнуться, а затем на балконе неожиданно появляется человек, я которого никак не ожидаю увидеть.
— Дженни! — радостно восклицает Патриция. — Вот ты где! — ни я, ни Чарли не успеваем отреагировать, как волчица уже в следующую секунду оказывается возле нас.
Она молниеносно хватает меня за руку и вдруг тянет на себя с такой силой, что я тут же, словно пушинка, слетаю с коленок оборотня, и оказываюсь на ногах. — Извините, пожалуйста, за вторжение. Надеюсь, не отвлекла.
