— Хорошо, но я немного устала. Тоже, наверное, поеду с вами. Алекс ведь не обидится?
— Как можно устать, если вечеринка только недавно началась? Зачем едешь, потуси лучше без этого надзирателя… — тихо бубнит себе под нос Лу, смеряя меня недоуменным взглядом. Тут же получает подзатыльник от брата, а затем начинает шипеть и усиленно тереть пострадавший лоб.
— Не волнуйся об Алекс, Дженни. — Мэйс наклоняется ко мне и, хитро улыбнувшись, шепчет, — Она скорее всего до самого утра не вспомнит ни одного имени своей родни.
И тогда я, наконец, резко осознаю странность, которую никак не могла уловить до сих пор. Ошарашенно поглядываю на нашу Лу, втягиваю носом воздух — ничего.
Снова пытаюсь уловить ее запах и недоумеваю. Подхожу к ней вплотную, зарываюсь носом в волосы сестры — она посмеивается, словно ей щекотно и с гордостью смотрит на меня.
— Почему от тебя почти не пахнет твоим запахом? — взволнованно спрашиваю я. — Я его чувствую, только если носом к твоей коже прикасаюсь. — страшная догадка мелькает в голове, но обращаюсь я уже к брату. — Мэйс, с моим носом что-то не так. Мэйс я…
— С твоим носом все в порядке. — сразу же успокаивает он меня, — Наша неугомонная малышка экспериментаторша что-то сделала со своим запахом, желая скрыть свою хитрожопую фигурку от наших носов на этой вечеринке. — сдвигает брови и притягивает Лу ближе к себе. — Ну что, алхимик недоделанный, расскажешь нам с Дженни свои секреты?
— Очень даже доделанный. — важно распрямляя плечи, отвечает сестра. — Даже мама не учуяла меня, когда я уходила из дома. — она чуть подпрыгивает на месте и с интересом обращается к брату. — А ты расскажешь, как учуял меня?
— Это секрет, малышка. — ухмыляется Мэйсон.
— Тогда и у меня секрет. — не остается в долгу волчица.
— Дженни, присмотришь за ней пару минут? Я сейчас найду брата и сообщу, что мы с тобой уходим. — киваю в знак согласия, но Мэйс вдруг добавляет. — А вот и брат с Патрицией.
— Мэйс, прикроешь меня? Прошу тебя, братик! — позабыв все свои недавние на него обиды и сжав голову в плечи, Лу спешно юркает за широкую спину оборотня.
— Ты самый лучший. — искренне говорит Лу с заднего сидения машины через две минуту после того, как мы трогаемся в обратный путь домой.
— Еще бы. — самоуверенно хмыкает Мэйс. — А ты завязывай со своими запрещенными эликсирами. Пускай Эш вернет книгу Бариаса в обратно в Серебряную библиотеку. Я даю вам три дня, Лу. Потом пеняй на себя.