— увидев редкую улыбку на губах родителя и блеснувшую в его глазах гордость, я тут же забыл о всякой слабости и сомнениях. К тому же дядя успел подняться на ноги и в своей обычной манере потрепал меня по голове. Широко улыбнулся и протянул мне руку по правилам поединка, которую я тут же крепко сжал в ответ, но все же где-то под ребрами меня колыхнуло чувство, что я непроизвольно задел гордость близкого мне оборотня.
— Сын, сразимся? — с вызовом обратился ко мне альфа.
— Конечно, отец! — вытерев ладонью пот с взмокшего лба, я внутренне обратился к зверю.
— Ты вызываешь ребенка на схватку сразу после того как он почти выдохся после боя со мной? — презрительно фыркнул дядя.
— Однажды ему придется участвовать в настоящей схватке, Эрнандо. И никто не будет ждать, пока он отдохнет или придет в себя. — спокойно ответил отец, стягивая с себя темную рубашку. — Оуэн, я видел, что вы с дядей лишь частично призывали своих волков. Но сейчас я хочу, чтобы ты полностью вызвал зверя. — он небрежно отбросил свои вещи на зеленый газон, а в следующую секунду рядом с ним появился огромный волк, не уступающий мне по росту.
Зверь дяди, конечно, тоже был крупным, но не столь огромным.
Мой, измотанный предыдущей схваткой волк, появился следом и встал напротив своего противника — выглядел он жалко.
Альфа усмехнулся, видимо, читая мои мысли, и приготовился к атаке.
Мы не раз вступали в схватку с отцом, но почему-то именно тот день я помню отчетливо, словно это было вчера. Помню, как адреналин ударил в кровь, как нещадно палило солнце, как я вкладывал последние силы в продырявленную защиту, обливался потом и яростно стискивал зубы, а отец, казалось, пребывал на отдыхе, а не на схватке и играл со мной в кошки-мышки.
Он довольно быстро показал мне, кто среди нас вожак стаи, а кому еще долгое время придется упорно наращивать силы и навыки.
Мы гневно рычали с моим волком, позорно прижатые к земле лицом и мордой, как на папу накинулись двое, а вместе с ними на лужайке появились два волчонка и прыгнули на зверя отца.
— Мы спасем тебя, Оуэн! — кричал мой младший брат, которому недавно с его близняшкой исполнилось восемь лет.
— Братик, мы здесь! — воинственно поддерживала раскрасневшаяся Алекс.
Отец не обозлился и не рыкнул на своих младших детей, веля им убраться с поля. Напротив, он позволил им освободить своего старшего сына из его стальных лап, и даже дал нам немного времени перевести дыхание.