Мимо пробегал один из специалистов с диагностом в руке. Кальдак перехватил его на полдороге и отнял электронное устройство.
— Что здесь происходит?! — крикнул он на массудском. — Я требую объяснений!
В эту минуту на лицо проводника надели респиратор. Послышалось шипенье газа.
— Черт возьми, я ничего не понимаю в этих игрушках! — в отчаянии прошептал Кальдак, глядя на экран диагноста.
Помощник руководителя вежливо взяла у него из рук аппарат, нажала какую-то кнопку и стала смотреть на побежавшие строчки информации. Изящные пальцы сноровисто бегали по небольшой клавиатуре.
— Так, слушайте, — сказала она, обращаясь к капитану через свой транслятор. — Вначале все шло хорошо. Все показатели в пределах нормы. Землянин заснул спокойно и глубоко. — Она опасливо посмотрела через плечо на кресло. Землянин все еще спал. Медикам удалось наконец снять с него сетку. Он перестал дрыгать ногой, но на лице было все еще озабоченное выражение.
— Поначалу посылались стандартные и довольно слабые импульсы. К тому же широко направленные. Начали поступать первые данные. Все шло хорошо. Мы анализировали информацию и продолжали посылать импульсы. Разные расы реагируют на разные импульсы. И по-разному.
Чем дольше продолжалось сканирование и чем более настойчивыми становились посылаемые импульсы, тем непонятнее была та реакция, которую мы регистрировали. Было установлено, что землянин начинает волноваться…
— Только это вы с помощью всей аппаратуры и смогли установить? — насмешливо спросила Соливик.
Гивистам не обиделась на эту реплику, а только укоризненно взглянула на первого заместителя командира экспедиции и пояснила свою мысль:
— Я имела в виду не внешние признаки волнения, которые вы могли наблюдать из-за стекла, а внутренне-мозговые… Активность процессов, происходящих в организме, резко повысилась и вышла за пределы нормы. Например, удивительная по силе активность в коре головного мозга. Электрического характера. Настолько сильная, что у нас зашкалили приборы.
— Это была реакция землянина? — спросил живо Кальдак. — На какой из импульсов?
«Как груб, как несдержан. Одно слово — массуд?», — поморщилась про себя помощник руководителя по медицине. Тонким, изящным пальцем она стала водить вдоль кривой, которая появилась на экране диагноста.
— Импульс мягкого испуга. Видите параллельные линии, данные прибором для сравнения с реакцией землянина. Это реакция гивистама, а это — лепара. А вот эту кривую мы получили от испытуемого.
Кальдак склонился над небольшим экраном, чтобы поближе взглянуть на изогнутую линию. Даже неспециалисту было ясно, что подобные реакции можно получить только от сумасшедшего. Но… Уилла Дьюлака можно было называть по-всякому, но только не психом.