Да и как возможно убедить ту или иную расу в том, что она биологически изменена, когда ее биологически изменяли именно с той целью, чтобы ее невозможно было в этом убедить? Сами амплитуры не принимают непосредственного участия в боях в силу своей неприспособленности к этому. Если бы не некоторые их союзнические расы, воспитанные в агрессивности биоинженерами амплитуров, — некоторые народы, признаем, добровольно присоединились к Назначению, — мы смогли бы закончить эту войну в течение нескольких лет.
Уилл был потрясен сообщенными ему сведениями, однако не настолько, чтобы изменить своей прежней точки зрения:
— Я сочувствую вам и вашему Узору. Правда. И все земляне проявили бы к вам сочувствие, если бы узнали об этой беде. Но кроме сочувствия от нас ничего большего ждать не приходится. Земляне не любят воевать. Нас к этому принуждали различные силы. Будь то наша глупость, история или геология. Но нам это не по вкусу! Только теперь мы начинаем потихоньку осознавать, как это было глупо с нашей стороны.
Мы прилагаем все усилия к тому, чтобы встать на иной, более прогрессивный путь. Вы говорили, что междоусобица — это отклонение от нормы, проявление нецивилизованности. Мы теперь начали понимать это, начали двигаться к зрелости, как вы выражаетесь. И не думаю, что ваши уговоры что-либо изменят в мозгах у людей.
— А вот это надо проверить, — тихо проговорила Соливик, отворачиваясь от своего транслятора, чтобы ее слова не были переведены землянину.
Кальдак сделал знак, что согласен, потом обратил взгляд на Уилла.
— Возможно, вы правы. Прошу вас быть по отношению к нам терпимым, хоть мы и кажемся вам назойливыми. Подумайте о том, какой долгий путь мы преодолели. Естественно, нам было бы тяжело улетать разочарованными.
Он намеренно опустил упоминание о другой разумной расе, которая была открыта экспедицией до землян и которая с воодушевлением согласилась принять участие в войне на стороне Узора.
— Если ваши слова окажутся правдой, что требует проверки, мы не станем вам больше докучать и без лишних слов улетим. Однако, — вы должны попробовать поставить себя на наше место и понять, — мы не можем покинуть вашу систему до тех пор, пока не удостоверимся в правоте ваших слов.
— Да, это справедливо, — задумчиво разглядывая командира, проговорил Уилл. — Но каким способом вы собираетесь проверить то, что я вам говорил?
— Вы — разумны и наверняка понимаете, что было бы просто ненаучно строить представление о целой цивилизованной расе на основании изучения одного-единственного ее представителя.