Они снова и снова пытаются стряхнуть Дамблдора с его директорского поста, хотя прекрасно знают, что для этого нужно не только решение ПС, но и соответствующий ритуал, проведённый всеми учителями и деканами.
— Глухо дело, — буркнул Гарри. — Если профессор Снейп и Флитвик и могут согласиться, то остальные…
— Нет, — согласно кивнул Невилл.
— А ты совсем не такой, как в школе, Невилл.
— Лицедейство скоро у всех чистокровных войдёт в кровь, — грустно усмехнулся Невилл. — Ба не верила директору тогда, не верит и сейчас. И особенно этому послужило то, что тебя, Гарри, сплавили к магловским родственникам, не позволив бабуле взять над тобой опеку. А ведь моя ба и тебе приходится четвероюродной бабкой. Она троюродная сестра Карлоса Поттера. Как она рассказывала, меня у неё тоже пытались отобрать на основании того, что она уже старенькая и ей невместно заниматься маленьким ребёнком. Меня воспитывали, как любого аристократа, но вот перед самой школой…
— Кстати, а почему ты всё-таки оказался в Хогвартсе? Неужели не могли отправить в другую школу? Да хоть в тот же Шармбатон… Что-то такое мелкий хорь говорил…
— Бахвалился, возможно. Не пройдёт. У всех Родов со школой ещё в затрапезные времена был подписан магический контракт на обучение членов Рода. Разорвать его можно только отдав половину силы Рода. Так вот, ба провела со мной беседу. Как чувствовала, что директор и меня попытается втянуть в свои манипуляции. И он пытался и не раз. Взять хотя бы то награждение баллами за то, что я попытался вас тогда остановить. Прямой подкуп. Вот смотри, мол, как хорошо нарушать правила, какая это известность! А если за это ещё и баллы можно получить… ммм… тьфу! Только я не поддался, упрямо изображая из себя простофилю и растяпу. Даже шляпу уговорил отправить меня на Гриффиндор, хотя она настаивала на Слизерине.
Гарри и Гермиона прыснули со смеху.
— Что? Тоже?
— Ага. А Гермиону в Рэйвенкло. А что с Лестранджами? Ты таааак мило беседовал с Рабастаном, что я чуть в обморок не хлопнулся. Ведь Белатрикс…
Невилл опять посерьёзнел и вздохнул.
— Твоя тётя, — выделил он поименование, — Белла… Тут всё сложно. Между Родом Лонгботтом и Родом Лестрандж более нет долгов.
Невилл опять судорожно вздохнул и сглотнул ком в горле.
— Сразу после «освобождения» из Азкабана лорд Лестрандж, то бишь, Рудольфус, попросил ба о приватном разговоре здесь на Аллее Теней. И под сывороткой правды поклялся ба, что не они довели моих родителей до их печального состояния. Он не отрицал, что да — пытали, да — издевались, но… У них была на это причина. И это не «месть за погибшего лорда», как повсеместно было объявлено директором Дамблдором сразу после их ареста.