В криптовселенной Вилион, где красота и власть мерят себя по степени редкости, главный шерданец-добытчик высмеивает попытки Системы вывести на чужую территорию уникальных существ. Здесь каждый имеет право оценивать не только битву за ценности, но и личную ценность — кто же из этих странных гостей не достоин презрения?...
Понятно, облом на обломе и обломом погоняет. Ничего, я всё равно добуду полезную информацию! Не могу не добыть!
— Алхимическая лаборатория…
— Даже не начинай! — оборвала меня Марта. Причём так жёстко оборвала. — Из-за вас она теперь не работает, и я понятия не имею, что нужно сделать, чтобы туда проникнуть. Слушай, может, возьмёшься за это задание? В сокровищницу не пущу, но и наградой не обижу.
Доступно задание «Очистка алхимической лаборатории».
На территории вашего Подземелья располагается разрушенная алхимическая лаборатория, загрязнённая из-за неудачного стечения обстоятельств.
Желаете принять задание?
— Так и знала, что на вас нельзя положиться! — Марта демонстративно надула губки, когда я отказался от смертоубийственного задания.
— Убить нас желаешь?
— Убить? Добытчика? Вы же бессмертны!
— С каких пор мы в бессмертные записались? — сказать, что меня ошарашили новостью — ничего не сказать.
— Так это все знают, — Марта смотрела на меня незамутнённым взглядом. — У вас же есть возможность воскреснуть.
— Давай подробности, — я только что в стойку не встал.
— Ой, какие подробности, — отмахнулась Марта. — Вы же получили доступ к камню регистрации, да? Он же является доступом к магазину, где можно купить хоть путевой камень! Свой, к слову, мы так и купили. Тридцать лет копили! А грязные гоблины пришли и утащили его в один день! Дохлая сучка даже в погоню не пустилась.
— Марта, ты от темы не уходи! — рявкнул я. — Бессмертие!
— Так я же всё сказала уже! В магазине можно купить сферу воскрешения, которая может воскресить любого добытчика. И вообще — хватит на меня давить! Из-за тебя и твоей ушастой у меня репутация падает! Шахтёры и вовсе собираются бунт устраивать, если белобрысая из Подземелья уйдёт.
— Так, может, махнёмся? — предложил я.
