В криптовселенной Вилион, где красота и власть мерят себя по степени редкости, главный шерданец-добытчик высмеивает попытки Системы вывести на чужую территорию уникальных существ. Здесь каждый имеет право оценивать не только битву за ценности, но и личную ценность — кто же из этих странных гостей не достоин презрения?...
Дубинка… Командир, я с таким бегать не хочу.
— Она для Марты, — пояснил я, с трудом откладывая огромную дуру в сторону. Весила дубинка едва ли не с Лиру! А военачальник её одной рукой держал!
— Так… О, смотри, тут в сумке что-то есть! — Гор продолжил изучать ценного гоблина. Лира положила щит на землю, куда Гор высыпал всё содержимое. Три драгоценных камня, несколько флаконов с сомнительным содержимым, какие-то кругляшки, подсвеченные системой как «деньги гоблинов», а также небольшой клочок бумаги.
— Ворчунья, твоих рук дело? — спросил я. Красная стрелка, что всё ещё указывала куда-то в сторону, дважды мигнула. Наша ручная Система, приписанная к нам на целый год, начала отрабатывать своё наличие. Но куда интересней пирамиды оказалось другое — на карте было указано наше Подземелье. Ворчунья сделала логичный вывод, что гоблины назвали его также, как и локальная Система, так что ниже надписи, что стоял рядом с порталом, появилось определение «Вход первый в Подземелье диких гномов».
Но становилось понятно — это «что-то» нужно гоблинам настолько, что они собрали против пантеры седьмого уровня огромный отряд из полусотни солдат.
Присмотревшись к стрелке Ворчуньи и сравнив направление с картой, я даже облегчённо вздохнул.
