Избранный — это дьявольская история о тайных войнах между вампирами и людьми, где каждый шаг может быть последним. В мире, где мстить стало привычкой героев Братства Черного Кинжала, а Древний Язык ускользает из памяти, герой найдет нечто большее, чем просто защитник своего вида — он станет самим избранным....
— Что, если…
— Куин никогда не примет меня в непосредственной близости от твоих детей. Даже если Братство и твой Король раскроют свои объятия мне и моим людям, отец твоего сына и твоей дочери не подпустит меня к ним. Но если меня не будет в твоей жизни, напряжение между вами ослабнет. По крайней мере, я надеюсь и горячо молюсь, что однажды Куин примет тебя обратно в свою жизнь.
Но этого никогда не произойдет, подумала Лейла. Ярость Куина не знает ни границ, ни временных рамок. Некоторые вещи, такие как чернила на пергаменте, несмываемы.
— Займись со мной любовью? — прошептала Лейла.
С теперь знакомой мощью Кор накрыл ее собой, их тела так хорошо познали друг друга, что его член вошел в нее без промедлений, плавно скользнув домой.
Когда Кор начал двигаться в ней, Лейла вспомнила о сексе, что у них был в течение дневных часов. Ее обучение эросу нашло проявление в таких формах, что шокировали, возбуждали и удивляли его, однако Кор не жаловался. Но нельзя сказать, что проведенное время стало для них счастливым.
И вот теперь, когда Кор нашел свой ритм, а она вторила ему своим собственным, происходящее превратилось в иной род физической близости. Это перестало быть простым сексом.
Это стало самым тесным слиянием душ, телесная близость отошла на второй план, ведь соединялись их сердца.
За мгновение до горько-сладкого удовольствия, Лейла прошептала ему на ухо:
— Ты будешь в безопасности сегодня ночью?
Кор не ответил, и Лейла не смогла понять, от того ли, что он достиг оргазма… или потому что знал, что не может обещать ей этого, а обманывать не хотел.
***
В Яме, откинувшись на своем стуле, Вишес уставился на изображение на экране компьютера. Сочетание пикселей, светлого и темного, серого, зеленого и темно-синего цветов заняло, оууууу, восемь часов, чтобы вычленить и обработать все до такой степени, чтобы можно было разглядеть хоть что-то.
И, глядя на лицо таинственного стрелка, спасшего жизнь Тора в том переулке несколько лет назад, Ви оставалось только качать головой.
— Охренеть как странно.
Черты лица стали достаточно четкими, и да, деформированная верхняя губа Кора выдавала его с потрохами. Без нее было бы сложно определить, кто это, все воины с короткой стрижкой, густыми бровями и сильной линией подбородка были на одно лицо.
