Киев облегченно вздыхает – на не вполне пока освоенной официальной мове. Еще взрывается, правда, решение российских парламентариев о принятии Севастополя под государственную юрисдикцию России, и в вдогонку ему звучит заявление мэра Москвы, что Севастополь был, есть и будет городом русским, – однако интерес к теме быстро рассеивается, и уже через несколько месяцев политикам обеих сторон абсолютно ясно, что Крым для России бесповоротно потерян, период политической неопределенности, вызванный распадом СССР, завершен, границы новых государственных образований определились, передел невозможен, и следует принимать судьбу Крыма как данность. Сил для борьбы больше нет. Все стихает – под обжигающим солнцем Юга."
"Тем неожиданнее становятся для украинских политиков сообщения, что уже вторую неделю на Нахимовской площади Севастополя бурлит непрерывный митинг с требованием объявить этот город в составе России, что число митингующих достигает по разным сведениям нескольких тысяч, что количество их растет день ото дня, что милиция никаких мер не принимает, поскольку митинг официально разрешен городским советом, что выступают на митинге депутаты парламента автономной Республики Крым, что они заверяют собравшихся в сочувствие властей Симферополя, что обстановка в самом Симферополе тоже не слишком благоприятна, что Крымский парламент ставит вопрос о нарушении конституционных прав граждан правительством Украины, что уже подготовлен протест и в Европейский Совет, и даже в Организацию Объединенных Наций, что аналогичное брожение начинается и в других местах и что городские советы Ялты, Алупки, Керчи, Мисхора приняли резолюции в поддержку митингующих в Севастополе. Как гром с ясного неба, обрушивается на Киев известие, что Севастопольский горсовет проводит в ближайшее воскресенье референдум о государственной принадлежности Севастополя, что в центральной городской типографии уже отпечатаны бланки этого референдума, что уже сформированы городская и даже районные избирательные комиссии и что наблюдателями на выборах выступят представители общественных организаций России. Правда, референдумом это действо называет только местная пресса, а по всем документам оно проходит как «опрос населения г. Севастополя». Юридической силы такой опрос, естественно, не имеет. Но понятно, что результаты его будут использованы в политических целях.
Только теперь в Киеве начинают догадываться, что возникшая ситуация – не след почти выдохшейся уже антиукраинской кампании. Здесь наблюдается нечто принципиально иное. Зреет зерно, которое предвещает бурные всходы. Точно всколыхнулась густая ряска минувшего.