Появляются материалы об опасности «быстрых решений» в политике: перекраивание границ может стать очередной трагедией для России; аналитики рассуждают о пользе стабильности и пагубности любых потрясений, поднимается «наболевший вопрос о действиях экстремистской направленности», – тоже, видимо, скрытая атака на Жанну, – и наконец сенсацией первого же августовского четверга становится колоссальных размеров статья в одном московском еженедельнике, где кандидат от демократических сил – да-да, тот самый, из снежного областного города – излагает перипетии, приведшие его на пост мэра. Формально статья посвящена возрождению регионов, но фактически уже со второго абзаца упоминается имя Жанны. Не имеет смысла пересказывать здесь суть этих «разоблачений», но отметим, что ни брылья щек, трясущиеся, как студень, ни припушенные височки, ни барские руки бывшего секретаря горкома КПСС не свидетельствуют о наличии у него такой отчаянной смелости. Без команды сверху подобная статья появиться бы не могла. Это явный сигнал, что за Жанну взялись серьезно."
"А вторым же тревожным сигналом становится быстрое, прямо-таки фатальное исчезновение ее окружения. Разумеется, никто прямо не говорит, что Жанну необходимо лишить поддержки, все по-прежнему благожелательны и улыбаются так, будто млеют от счастья, однако дядя Паша внезапно получает командировку в одну из кавказских республик – является попрощаться, и они о чем-то беседуют, прогуливаясь по солнечным закоулкам Кремля. Зайчика, выписав ему предварительно денежное вознаграждение, переводят в парламентский сектор, занимающийся проблемами молодежи, – он растерян и несколько возмущен, но вынужден подчиниться. Что же касается Гоши, цитирующего Боэция и Сенеку, то, приписанный к информационно-справочному отделу, он теряет вдруг право свободно перемещаться по комплексу и теперь, чтобы встретиться с Жанной, вынужден заказывать пропуск. Вся их группа таким образом распадается. За решительными и быстрыми действиями угадывается рука Кармазанова. Это, вероятно, попытка лишить Жанну корней. А еще через несколько дней (после выхода той самой статьи, наделавшей много шума), к Жанне безо всякого предупреждения является следователь Генеральной прокуратуры – правда, пока лишь является, а не вызывает к себе – и не тратя время на предварительные разговоры, выкладывает перед ней «дело братьев Степановых». С оторопью листает Жанна подслеповатую распечатку. Это две толстых папки, пробитые для надежности скоросшивателем.