В темном лесу с хрустом прогибалась смерть. Ухая трава и две курицы — тощие, как будто ощипанные, исследовали его. Пыль обволакивала все: деревья застыли в тени, а небо наливалось кровавым оттенком. Эти места казались священными, но словно вымерла природа вокруг них.
Решение это верное, но в голубоватом свете прожекторов счет идет на секунды. Что чувствует рыба, выброшенная из воды на сушу? Что чувствуют люди, выдранные из постелей и оказавшиеся вдруг на улице? Конвульсии возбужденной толпы предсказать нельзя. У командира спецназа нет нужных ему секунд. Нервы сдают, психологическое напряжение разряжается взрывом. Какая-то пожилая женщина в халате, стянутом брючным ремнем, подскакивает к ближайшему из солдат и бьет его по лицу. Одновременно – дико визжит. Она полна страстной решимости освободить Жанну.
Все изменяется буквально в считанные часы. Точно буря вскипает в средствах массовой информации. Еще вчера Украина была несчастной бедствующей страной, шантажируемой экстремистами и терзаемой обычно не называемым Старшим братом, а уже сегодня, после выхода дневных номеров газет, после видеозаписи инцидента, тоже каким-то путем очутившегося на Западе, после комментариев и обзоров, данных знаменитыми аналитиками, она становится тоталитарным варварским государством, где свирепствует произвол и где полицейские части расправляются с мирными гражданами.
