Близнецы Литвиновы готовятся к переезду в Америку: мальчишки застыли от восторга, а мама взяла себя в напряг. Но как только дело доходит до формальных документов, начинается адский поиск паспортных данных и справок. Драматичный юношеский кризис на фоне будничной документалистики создает живописную атмосферу динамично развивающейся семьи....
Даже зеркало кто-то принес, говорит: «Вот, смотрите!»
Но она все равно кричит: «А там – я не отражалась! Во всем доме не отражалась!»
Своей психиатрической клиники в Агатополисе нет – пришлось везти несчастную в Бургас. И всю дорогу, в карете «Скорой помощи», она продолжала кричать: «Меня в зеркале нет! Я мертвая!»
– Откуда вы знаете эти подробности? – не выдержала я.
– Водитель «Скорой» – мой сосед. Мы с ним любим выпить по стаканчику ракии. И по-русски он хорошо понимает.
– Ужас какой… – пробормотала я.
– Да. В клинике Бургаса Иванову обследовали. И поставили диагноз: аффективно-шоковая реакция.
– Это что значит?
– Временное помрачение психики. На фоне психотравмирующей ситуации. Но это, собственно, не болезнь – за пару дней само проходит.
– Получается, она не была сумасшедшей? И действительно не отражалась в зеркалах?
Я почувствовала, как по телу бегут мурашки.
Елена покачала головой:
– Наверно, все-таки была. Потому что едва ее выпустили из клиники, она покончила с собой. Здесь, в Болгарии.
Я, охваченная паникой, молчала.
Митина мама попросила:
– Только, пожалуйста, сыну моему об этом не говорите. Слава богу, сыщиком он быть перестал.
Взялась за бокал с вином, предложила:
– Давайте еще раз за вашу храбрость выпьем. И простите нас, пожалуйста, за то, что напугали. Глупости это все. Забудьте. Не может мстить людям прекрасный, удобный дом.
– Да мне и не за что вроде мстить, – в тон ей ответила я.
Но страх уже пропитал – каждую клеточку тела.
Вдруг мы сегодня вечером приедем, взглянем на себя в зеркало – и увидим, что нас тоже нет?
* * *"
"Маришка с Митей вернулись с детской площадки под ручку. Причем подросток поглядывал на мою кокетку не свысока, как прежде, а почти с нежностью.
Я просто глазам своим не поверила. А дочурка, нимало не смущаясь, объявила:
– Я Митю в гости на завтра позвала.
Обернулась к его маме, светски добавила:
– Ну, и вас, конечно, тоже.
Дочка знает: я не против ее гостей, но прежде, чем их звать, она всегда должна спросить моего разрешения.
Но, когда рядом Митя – взрослый, умный! – все правила у глупышки из головы вон.
Еще и нахальства хватило заявить:
– Мам, я обещала, что ты свой знаменитый пирог с клубникой испечешь.
И лицо абсолютно невинное. Хотя дочь прекрасно знает: на отдыхе готовить я терпеть не могу. Мы заранее договорились, что еду будем заказывать в ресторанах. А тут от меня требуют сложнейшего блюда. Возиться с ним – минимум три часа.
