Автор
В ушах доносится оглушительный рык, и я осязаемо ощущаю неприкаянность, словно отвернувшись от родного гнезда. В глазах хозяйки лавки "Сладкие булочки" — злой свет синего цвета, который кажется слишком крепким для обычной дамы. Эта женщина обладает силой, заставляющей кровь стучать быстрее, будто кто-то подсунул мне кубики на магазине сладостей....
Главное, чтоб где-то под телегу не попал.
Устраиваюсь поудобнее среди мешков, чем-то наполненных, стараюсь отогнать дурные мысли о коте и невольно улыбаюсь своей удаче.
Вот только радостное настроение почти сразу же охлаждают слова Михаса.
– Я тут это, ездил в соседний городок за шерстью. Так на той дороге, где тебя вчерась подобрал карета перевёрнутая. И военные вокруг крутятся. Я как мимо ехал, так меня остановили и допрашивали, не видел ли я чего? Или, может, кого встречал?
Улыбка сползает с моего лица.
– И что вы ответили?
Глава 16
Я замираю, как будто меня сковал лед. Точнее, ледяной ужас: если до Ксаррена дойдут слухи, что на этой дороге нашли девушку с ребенком, долго думать он не будет, он же сразу поймет, кто это.
– А я че. Там я и не ездил вчера, – пожимает плечами Михас. – Ты ж вот тоже ничего не видела, да? Ты как раз с той стороны шла.
– Я, – нервно сглатываю, вспоминая, что я ему вчера напридумывала. – Нет-нет… Не видела. Наверное, после меня что-то произошло.
– Вот-вот… Даже интересно, что там, – как-то заговорщицки оборачивается ко мне Михас. – Мне, может, показалось, но они что-то говорили про дракона. Ох, никогда бы не подумал, что у них… – он многозначительно указывает на небо, – тоже бывают проблемы. Вот, казалось бы, все у тебя есть, живи и…
Я вспоминаю меч около собственного горла и понимаю, что у Михаса слишком хорошее представление о жизни знати. Нет, конечно, в памяти Алтеи остались в основном беззаботные дни, наполненные развлечениями и удовольствиями.
– Давайте не будем об этом, дядя Михас, – прерываю я мужчину. – А то знаете… У всех есть уши.
– И то правда, – он оглядывается по сторонам и хмурится. – А то еще, чего доброго, примут за кого-нибудь из их этого… как его… культа!
– Культа? – переспрашиваю я.
– Его самого, – кивает Михас. – Власти скрывают, да слухи они же такие… Один сказал, другой передал.
Но договорить он не успевает: мы выезжаем к рыночной площади. Меня почти оглушает гомон и гул множества голосов. Перед нами открываются десятки прилавков и палаток, между которыми снуют покупатели. В воздухе витают ароматы специй, свежей выпечки и копченостей.
– Сейчас самое время закупаться: через неделю же праздник. Весь город готовится, торговцы свежие товары привозят.
