После беготни он заявил, что будет отдыхать целые сутки и не сдвинется с места.
— С каких это пор мои титулы — это клоунада?! — возмутился Ярило.
— Ну, мы же не секту продвигаем? — заметила Лика.
— Разве? — хохотнул Вася.
— Может, назовем его чудотворцем? — предложила Тома.
— Нет, это из другой оперы, — Ярило скривился. — Можно просто «Сотворец». Хотя, нет, Сварог меня прибьёт. Давайте лучше просто «Прародитель тепла»! Или «Властитель плодородия».
— Слышь, Властитель плодородия, — обратился к Яру его оруженосец. — Иди-ка ты, лучше, свою будку красить. Мы тут сами как-нибудь придумаем тебе прозвище поскромнее.
— Ну и пожалуйста! — фыркнул Ярило и потопал во двор.
Лика проводила взглядом обиженного бога и сказала Васе:
— Ты с ним так разговариваешь, что порой не понятно, кто из вас бог, а кто оруженосец.
Мальчишка повернулся на бок и небрежно произнес:
— Мне можно, я особенный. Он мне слова поперек не скажет.
— Что за привилегии такие? — спросила Тома, нависнув над Васей.
— Говорю же: особенный я!
Лика гипнотизировала рекламный текст минут пять, а потом взяла и стерла все до последней буквы. В голове медленно зрела новая идея. Пальцы забегали по клавиатуре как никогда быстро. Тома с Васей смотрели на это как заворожённые.
— Зацените, — сказала Лика, когда текст был готов.
Призрак и оруженосец приблизились к экрану ноутбука. Вася кашлянул и принялся читать вслух:
— «У вас есть заветное желание, которое никак не исполнится? А у нас есть для этого специальный храм! Все, что от вас требуется, — это написать свое желание на бумаге и принести в наш храм. Мы гарантируем его исполнение и не попросим за это ничего, кроме слов благодарности! Ниже представлен шаблон письма и адрес Храма Желаний». Ого, Лика, это так здорово!
— Очень здорово! — закивала Тома.
— Правда, Яр наверняка захочет добавить к названию храма еще и свое имя, но мы его отговорим, — заметил Вася.
Лика робко улыбнулась и отправила текст на печать.
— Надо показать ему, — сказала девушка, взяв лист бумаги.
На улице уже стемнело. Вокруг сновали майские жуки, которые никак не хотели уступать место июньским. Пахло прохладой, скошенной травой и краской.
Ярило, сидя на корточках, вырисовывал на окрашенной белой краской будке цветочки. От усердия бог весны даже закусил нижнюю губу и сощурил глаза.
— Кхе-кхе, — кашлянула Лика, привлекая к себе внимание.
Ярило замер, кинул быстрый взгляд на девушку и буркнул:
— Я написала новый текст.
