Автор
Медвежата Велеса оставили шишки и мёд в качестве платы. Гномы ведут расследование интриг вокруг власти Императора и его дочери. Возникает конфликт между желаниями и политическими маневрами, где ставки высоки для всех участников.
Похоже, «Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Оттуда, сквозь щель в занавесках, смотрел чей-то глаз. Действительно, наблюдают.
— Можно, — кратко сказал я.
У этого парня было достаточно разума, чтобы не творить глупость, за которую он расплатится жизнью.
Проводник подал сигнал. И иллюзия перед нами чуть-чуть вздрогнула. На ней появилось изображение в виде перевёрнутого треугольника.
— Я оповестил, что всё в порядке… — начал было проводник в плаще, но тут иллюзия вздрогнула снова.
Оттуда, плечом вперёд и с острозубой улыбкой появился человек. Мужчина с длинными чёрными волосами, заплетёнными в хвост. Со слишком выпуклыми для здорового человека и, что самое главное, пульсирующими красными глазами. На него была накинута чёрная куртка, увешанная металлическими бляшками, в каждой из которых была запитана мана.
Маг. Неслабый. Мастер или самый верх Подмастерья. Вот только стихия у него — кровь. Но не простая… совсем. Ещё и мана-ядра почти неактивны.
Следом за ним из иллюзии сразу вышли ещё двое. Молчаливые, с каменными лицами. Охрана. Тоже маги. Но послабее.
Все обыватели, которые ещё находились на улице, поспешили убраться подальше. А наш проводник, наоборот, тут же приосанился.
— Вижу-вижу… — с оскалом заявил красноглазый Атаман и уставился на меня. — Вот и ты, шило и мыло в одной тушке.
— Язык длинный, — сказал я, не мигая глядя ему в глаза. — Придержи, чтобы я его не укоротил, — я сходу намекнул ему на нехорошие последствия, в случае неподобающих слов.
С головорезами, одним из которых этот Атаман и был, иначе никак.
— Тю, — сказал Атаман и присвистнул. Его телохранители напряжённо смотрели на меня. Мои Волхвы — на них. Атаман продолжал: — Резкий и дерзкий. На меня поработать не хочешь? Плачу щедро.
— Ты за этим выбросил передо мной своих бездарных мордоворотов? — моя бровь взлетела вверх. — Ты знаешь, кто я. Значит знал, что с ними будет.
— Мусор в расчёт не беру, — он пожал плечами ничуть не смутившись. — Они накосячили, вот и пошли отрабатывать. А ты что, проникся к ним милосердием? Эти слизни замочили бабку. Скверную, но бабку. Так не делается. Подставили меня. Что там у вас — благородных — за такое делают?
— Не пытайся вызвать у меня одобрение, — стальным тоном ответил я. — Я здесь не за этим, — я сжал плечо нашего проводника в плаще и спросил его. — Это он хотел меня видеть?
Но тот молчал, словно воды в рот набрал.
Атаман взглянул на него и сказал:
Проводник в плаще, он же — Лютя, ответил мне:
— Да. Атаман наш, рынок держит.
— Свободен, — сказал я и отпустил его.
