В мрачной хижине, заполненной мертвыми шерстью и зловещей тишиной, происходят захватывающие события. Здесь жестокий разговор устраивается между друзьями-некромантом и обычным человеком, который лишь недавно выяснил свою истинную природу. Улыбка отца Флатиса становится напускной защитой для его собственных тайн, но не спасает от невыразимого шока и растерянности волевого новичка....
"
"Как ни странно, но я понял принцип передачи жизненной энергии. Думаю, я сумею при нужде влить в живое существо толику своей собственной силы, возникни такая необходимость. Но и только… ведь старик не только придавал птицам больше сил, но и как-то договаривался с ними, давал им наказ, буквально нацеливал в нужную ему сторону. И вот эту науку простым наблюдением уже не постичь. Впрочем, я всегда старался оценивать ситуацию с разных сторон и быстро нашел применение своим новым знаниям. Пусть я не смогу «договориться» с птахой, но ведь я смогу дать ей сил, а старик пусть свои силы побережет и просто «побеседует» с крылатыми созданиями.
Благодаря нескольким горлицам-разведчицам, отец Флатис сумел получить сведения о вражеском лагере и пересказать их мне. По его словам, шурдов очень много, и они продолжают медленно прибывать – кружащая в небе птица заметила приближающийся отряд, растянувшийся по местности.
Шатры. Обычные шатры из дерева и звериных шкур занимали большую часть лагеря.
Большинство шатров нормальных размеров – свободно поместятся до десяти человек. А вот три подобных сооружения очень большие, если не сказать огромные. И неизвестно, что или кто находится в укрытии, кто скрывается от чужого взгляда и солнечного света.
Что удивительно – все посланные в разведку птахи благополучно вернулись обратно. И отца Флатиса это нисколько не обрадовало, хотя, конечно, он не желал смерти неповинным птицам. Но по его словам, не было ни малейшего шанса, чтобы столь искусный некромант, как Тарис, не ощутил в кружащей над головами крохотной птичке смешение двух чужеродных жизненных энергий. А стало быть, Тарис позволил птицам наблюдать и возвращаться к нам. Учитывая шатры, скрывающие самое интересное, его насмешливое попустительство можно было понять – восставший из мертвых древний принц попросту смеялся над нами.
А на третий день всполошившиеся стражи если и не стали бить тревогу, то до нее осталось совсем немного, столь спешно меня позвали на стену.
