В лаборатории скрытых талантов появилась новая жертва — человек, который не может быть частью этой элиты. Его особенности выделяются на фоне остальных, и каждый новый шаг лишь отдаляет его еще больше от нормального мира. С каждым днём он всё больше удаляется в непредсказуемую область инноваций и экспериментов....
С одной стороны – явно не хочу быть узнанным, и поэтому скрываю ауру. А с другой – таскаю недешёвую одежку и хожу с таким сопровождением. Богатый и влиятельный, но не слишком умный, клиент. Понятно, кстати, отчего все закупки вел либо сам усач, либо кто-то из сопровождающих. Они свои, их не особо надуешь, и конфликтовать со стражей – не самая разумная политика."
"– И для чего же вы её используете?
Понимаю, что выгляжу лопухом, но мне на это как-то вот начхать. Важно совсем другое.
– Ну… Боль снимать можно…
– А почему вы тогда не среди травников?
Заёрзал мужик.
– Так я ведь не только белоглазкой торгую! Вон – нитки, иголки тоже есть…
– А подайте-ка мне эту самую белоглазку!
Так.
Стручок. Немного непривычного вида. Разламываем – ага! Уже понятнее. Принюхиваюсь, лизнуть бы его…
– Мы ей нитки натираем… никакая живность их после этого не грызёт… и зверя это отпугивает.
Ну, честно говоря, и я тоже не припоминаю случаев, когда собаки ели бы острый перец.
– Вода есть?
Мужик с готовностью вытаскивает откуда-то глиняную кружку и наливает туда из горшка воды. Опускаю туда разломанный стручок. Выждав немного, пробую воду на вкус.
Так… это уже кое-что!
– Вот что, любезнейший… Как, кстати, вас зовут?
– Агон я… из Кропалей будем…
– Стало быть, Агон из Кропалей, так?
– Так.
– И сколько же у вас этой самой белоглазки, любезный Агон?
Как я и предполагал, с продажей этой самой белоглазки не всё было чисто.
Шорник, торгующий травами и кореньями – это, как минимум, нехилый штраф и обоснованные претензии от старшины травников. И продавец про это знал – оттого и нервничал. Если бы не крайняя нужда в деньгах – хрен бы он на это пошёл. Понятное дело, что знал об этом не только он один. И именно поэтому, поблизости тотчас же нарисовался старшина кожевенного ряда.
Коррупция!
Она, как оказалось, и здесь вполне себе здравствует!
Жаль, что стражники этому воспротивились – в их планы это явно не входило. Хотя желание – имелось, и это было очевидно.
