А потом мне на лицо полетело покрывало. Послышался звук соскочивших на пол ног.
— Доброе утро барин! — громкой скороговоркой зазвучало вслед. — Моё имя — Мирослава! Я — внучка старосты Прохора! Отправлена к вашему благородию, чтоб убирать, стирать, да за двором следить! — голос был звонкий, немного лихой.
Не капли той мягкости, которая звучала у моего уха.
Я стянул одеяло со своего лица. И повернулся на спину. Затем сощурился, от упавших на лицо солнечных лучей.
Мирослава?
В памяти Руслана было это имя. Там самая внучка старосты. Девчонка с бойким характером. Громкая и острая на язык. Но решительная и всегда прикрывающая спину.
Она носилась с братьями и Русланом по лесам. Они были эдакой шайкой, которая вечно суёт свой нос во все возможные дела."
"Мирослава рано созрела. И уже в свои тринадцать лет выглядела как молодая девушка, к которой ходили свататься многие парни деревни. Но никто не получил ни согласие старосты, ни хоть малейшую симпатию от неё самой. А все, кто пытался приставать, потом получали на орехи от неё или её братьев.
Кроме Руслана.
И что-то подсказывало, что Прохор с самого начала задумал подсунуть эту девицу сыну своего барина. Мне, то есть.
Она стояла напротив меня в лёгком летнем платье, которое идеально подчёркивало каждое достоинство её фигуры. Грудь. Талию. Бёдра. Волосы всё так же заплетены в косу с яркой лентой.
Только сейчас, в свете дня, её лицо выглядело ещё привлекательнее. Ясное, светлое.
Загляденье…
— И чего подкрадываешься? — спросил я, вставая и потягиваясь. — Я тебя за убийцу чуть не принял.
— Кто ж знал, что у барина такой чуткий слух? — хмыкнула она, уперев руки в бока. Ещё и выставила зад в сторону, демонстрируя во всей красе.
— Барин, — усмехнулся я, сосредоточившись на её лице. — А кто меня разбудил, назвав по имени?
Она поджала губы. Глаза забегали по сторонам. Она явно старалась придумать ответ как можно скорее.
— Да Вы ослышались, видать, спросонья, — нагло улыбнулась она. — Вот и мерещится всякое. Как ж это можно, называть САМОГО барина по имени⁈ — её слова сочились иронией.
— Мирослава, — я пристально смотрел на неё.
Услышав своё имя она резко смутилась.
Но ровно на миг.
А в следующий же спросила:
— Что ж Вы, барин, даже имя запомнили? Какая честь! — и отвесила глубокий театральный поклон. — Такая память у Вас! — она на что-то намекала?
— Прекращай, — строго велел я. — Лучше объясни, с какого перепугу рогатый бог захотел тебя взять в жёны и что это значило?
Но тут она нахмурилась.
— А что такое, барин? Ревнуете?
Кажется, кто-то начал капать мне на мозги.
Я мгновенно оказался прямо перед ней. Да так, что она отступила на полшага назад от неожиданности.
Хотя и была чуть-чуть выше.
Совсем чуть-чуть.
Я подшагнул ближе, ещё сильнее ощущая идущий от неё аромат цветов.