Пятый том эпической саги о проклятом клане. Герой продолжает свой путь становления, сталкиваясь с древними тайнами и новыми врагами. Предательство, магия и неожиданные союзы ждут его в этой захватывающей части приключений среди мифических существ и опасностей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Пятый том эпической саги о проклятом клане. Герой продолжает свой путь становления, сталкиваясь с древними тайнами и новыми врагами. Предательство, магия и неожиданные союзы ждут его в этой захватывающей части приключений среди мифических существ и опасностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Пятый том эпической саги о проклятом клане. Герой продолжает свой путь становления, сталкиваясь с древними тайнами и новыми врагами. Предательство, магия и неожиданные союзы ждут его в этой захватывающей части приключений среди мифических существ и опасностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не больше. Это и называется справедливостью.
— Хо! Вы слышали, господа? — Император посмотрел на остальных. — Граф Северский только что подверг мою волю сомнению. Что я самодур, представляете?
Я этого не говорил.
Но это был неозвученный факт. Который и так был всем прекрасно понятен.
Император сделал шаг к Николаю Громову. Бледному. Напряжённому, как натянутая струна. И положил руку ему на плечо:
— Племянник. Слышал, что говорит граф Северский? В Империи есть закон выше, чем моя воля. Как думаешь, это преступление?
Ни живой, ни мёртвый Николай едва шевелил губами:
— Н-не знаю."
"— Хм… может, ты с ним согласен? — и тут Император покосился на князя Громова.
— НЕТ! — выпалил Николай.
— Так что, преступник граф Северский или нет?
— Он… — на лице Николая проступила борьба. Капля пота стекла по его виску. — Он…
— Отвечай. Немедленно, — надавил Император.
— Все, кто ставят Вашу волю под сомнение, совершают преступление, — словно заученную фразу, сказал он. Хотя я точно знал — она не заучена.
— Вот ты — образцовый гвардеец! По-настоящему! — Император хлопнул его по спине. — Значит, твой отец заслуживает смерти? — Николай испуганно посмотрел на него. — Ты сам сказал.
— Ваше Величество! — железно произнёс я. — Сейчас ни один человек в зале не скажет Вам правду. И Вы это знаете.
Но Император лишь бросил на меня краткий взгляд и заговорил Николаю:
— Видишь, он считает Вас лжецами. Заодно подвергает мой авторитет сомнению. Это даже хуже, чем технологический шпионаж твоего отца, как считаешь?
— Д-да, — моргал Николай.
— Хорошо. Тогда я переназначаю сегодняшним судьёй — тебя. Выбери, кто сегодня покинет этот зал живым. Непокорный граф Северский или лицемерный князь Громов. А потом приведи в исполнение.
— О-он… — Николай выглядел совершенно потерянным. — Северский спас мне жизнь…
— А отец — дал её, — невозмутимо сказал Император. — Выбирай.
Николай медленно поднял пистолет на меня. Через силу. Сквозь огромное внутреннее сопротивление.
Но выстрелить я ему не позволил. Я выбил пистолет из его рук, к его же облегчению. А затем лёгким тычком и подачей маны в энергетику, отправил в отключку.
Отдохни, парень. Хватит с тебя этого отмороженного кретина.
Остальные гвардейцы были наготове. Но не поднимали оружие, озираясь на Императора.
— Вот видишь, граф? Твоя справедливость не работает. А моя — вполне. Так что делай выводы, — он взмахнул рукой. — Развяжите их. Судья Северский помиловал всех троих. Пусть будут ему благодарны. А настоящего заказчика убийства я жду через неделю. Живым.
Послышалось сразу несколько вздохов облегчения.
Думаю, после сегодняшнего, ряды заговорщиков будут только сплочённее. А запущенные слухи… только ускорят рост ненависти к Императору.
Он не мог этого не понимать.
