А затем…
— Затем тебе придётся убедить оставшихся в столице гвардейцев и членов императорского совета, вместе с канцелярией, что ты лучше знаешь, кому из наследников занять трон, — сказал я.
— Кто надо — уже знает, — уверенно произнёс Владислав.
— Я тоже хочу знать. Тем более, что пока мы не согласуем эти детали, ни о каком перехвате Его Величества речи не идёт.
Его глаза округлились.
— Он охотится за тобой!
— Да. А власть к рукам хочешь прибрать ты. Я, как твой ближайший союзник, чьими руками ты хочешь провернуть свой переворот, желаю знать, какое будущее ты уготовил Империи.
Он сжал челюсти.
— Ты в любом случае не представляешь, что происходит при дворе. У тебя нет всей полноты данных, чтобы сложить хоть сколько-нибудь вменяемую картину ситуации. Ты не можешь оказывать влияние на такие решения. По крайней мере, разумное. Проще будет, если ты доверишься в этом вопросе мне, как более опытному человеку, который непосредственно участвовал в политике Империи не один десяток лет.
— Имя.
— Что?
— Имя твоего кандидата.
— Самородок, сейчас не время для этого, — на его лице показалось раздражение. — Ты действительно собрался обсуждать это прямо сейчас, когда у нас на счету каждая секунда?
Я не ответил, пристально смотря ему в глаза. Он выдержал взгляд. Поначалу. Но всё же сказал:
— Марк Вознесенский. Доволен?
Марк…
Тот самый. Из младших детей Императора. Неприглядный и безобидный. Мы с ним ещё договаривались на совместное расширение оружейного производства моего клана.
Он будет удобной фигурой на троне.
Не только из-за собственной слабости, но, в первую очередь, из-за более высокого положения других наследников. Они старше в очереди, а, значит, будут более легитимны в глазах большинства аристократов Империи. Это сделает его пребывание на троне шатким. Но Владиславу такое и надо.
Ведь если кто-то попробует скинуть Марка… то Владислав это пресечёт. И получит больше власти. И будет её получать с каждым разом, находясь в тени трона. Тем более что Марк и клан его матери — Булатовы — будут нуждаться в помощи Владислава, чтобы сохранить власть над Империей.
Для меня это тоже неплохой вариант, с одной стороны. Если бы не одно НО — это сам Владислав. Я не хотел, чтобы он обладал почти безграничной властью. Потому что обо мне он точно не забудет. И о том, что я буду представлять для него угрозу.
Стоит мне хоть на секунду дать ему повод усомниться в моей лояльности, что я уже делал и не раз, как он попытается от меня избавиться. Но не в том «игрушечном» формате, как с Яровыми, а всерьёз.
И я не собирался дать этому случиться.
Но, тогда, нужно прямо сейчас выстроить союз с каким-нибудь другим наследником. Желательно влиятельным. Достаточно, чтобы он мог удержаться на троне без поддержки Владислава.