На ней было написано: «Когда мой брат в печали, я разделяю его боль и в нем встречаю Бога».
В действительности у Дэмьена это не получалось, и в душе он винил себя. Мысленно Каррас всегда пытался разделить беду кого-либо из братьев, но только мысленно.
Дэмьену всегда казалось, что его боль принадлежит только ему одному.
Наконец гость взглянул на часы. Пора было идти в трапезную обедать. Иезуит поднялся и собрался уходить, но в этот момент заметил на столе у Карраса недавно вышедший роман.
– Не читал еще? – полюбопытствовал Каррас.
Молодой священник отрицательно покачал головой.
– Нет. Хорошая книга?
– Не знаю, я только что прочел ее, но не уверен, что все правильно понял, – солгал Каррас. Он поднял книгу и протянул ее гостю: – Хочешь взять? Мне очень хотелось услышать чье-нибудь мнение.
– Конечно, – согласился иезуит, запихивая книгу в карман куртки, – я постараюсь вернуть ее дня через два. Настроение его явно улучшилось.
Когда дверь за гостем захлопнулась, Каррас на какое-то мгновение почувствовал умиротворение.
Он достал требник и направился во двор, читая молитву.
После обеда к нему заглянул еще один гость, пожилой пастор из Святой Троицы. Он пододвинул стул поближе к столу и выразил свои соболезнования по поводу кончины матери Карраса.
– Я молился за нее, Дэмьен. И за вас тоже, – закончил он хриплым голосом с чуть заметным провинциальным акцентом.
– Вы так добры ко мне, святой отец. Большое спасибо. – Сколько ей было лет?
– Прекрасный возраст.
Каррас смотрел на молитвенную карточку, которую захватил с собой пастор.
Во время мессы использовались три такие карточки. Они изготовлялись из пластика, и на них печатался текст молитвы, произносимой священником. Психиатру стало интересно, для чего пастор принес эту карточку.
– Послушайте, Дэмьен, сегодня у нас в церкви опять кое-что произошло. Еще одно осквернение.
Пастор рассказал ему о том, что статуя Девы Марии в углу церкви была размалевана под проститутку.
– А вот еще. Это было уже утром, в тот день, когда вы уехали в этот.
.. в Нью-Йорк. В субботу, кажется. Ну да, в субботу. Ну, в общем, посмотрите. Я только что разговаривал с сержантом полиции и... ну... это самое... ну... посмотрите сюда, пожалуйста, Дэмьен.
Каррас взял в руки карточку. Пастор объяснил ему, что кто-то вставил отпечатанный на машинке листок между настоящим текстом и пластиковой пленкой. Фальшивка, в которой встречались опечатки и другие типографские ошибки, была тем не менее составлена на хорошем латинском языке.
