У вас есть право переговорить с адвокатом или пригласить адвоката на допрос. Если вы желаете иметь адвоката, но не имеете средств, вам будет назначен адвокат бесплатно перед допросом. Вы поняли?
Птицы щебетали в густой листве деревьев, и гудки автомобилей с М-стрит доносились сюда приглушенно, как жужжание пчел на дальнем лугу. Взгляд Карла не изменился. Он коротко бросил:
– Да. – Вы отказываетесь от права молчать?
– Вы хотите отказаться и от права переговорить с адвокатом или пригласить его на допрос?
– Вы утверждали ранее, что 28 апреля, в день смерти мистера Дэннингса, вы посетили кинотеатр «Крэст»?
– В котором часу вы вошли в кинотеатр?
– Вы утверждали, что ходили на шестичасовой сеанс. Это поможет вам вспомнить?
– Да. На шестичасовой сеанс. Я вспомнил.
– Вы смотрели эту картину с самого начала?
– И ушли после окончания фильма?
– Нет, я досмотрел до конца.
– После этого вы сели в транзитный автобус перед кинотеатром и сошли на пересечении М-стрит и Висконсин-авеню приблизительно в 9.20 вечера?
– И пошли домой пешком?
– И пошел домой пешком.
– И были дома примерно в 9.30?
– Я был дома ровно в 9.30.
– Вы в этом уверены?
– Да, я посмотрел на часы. Абсолютно уверен. – Так вы досмотрели фильм до самого конца? – Да, я уже сказал.
– Ваши ответы записываются на магнитофон, мистер Энгстром, и я хочу, чтобы вы были уверены в том, что говорите. – Я уверен.
– Вы помните ссору между служащим кинотеатра и пьяным зрителем, происшедшую за пять минут до окончания фильма?
– Вы мне не можете назвать причину этого недоразумения? – Этот мужчина напился и мешал другим.
– И чем все кончилось?
– Выставили. Его выставили из кинотеатра.
– А ведь никакой ссоры не было. А помните ли вы вынужденную паузу по техническим причинам, она продолжалась примерно 15 минут, и фильм был прерван.
– Вы помните, как возмущались зрители?
– Нет. Никакой паузы не было.
– Было, и это записано в журнале киномеханика, поэтому фильм кончился в тот вечер не в 8.40, а примерно в 8.55, а значит, самый первый автобус, который смог вас довезти до пересечения М-стрит и Висконсин-авеню, подошел не в 9.20, а в 9.45. Дома вы могли быть не ранее чем без пяти десять, а не в 9.30, что подтвердила и миссис Макнейл. Теперь не смогли бы вы объяснить это загадочное несоответствие?
Несколько секунд детектив молча разглядывал его, потом вздохнул и, опустив голову, выключил магнитофон, спрятанный под подкладку пальто.
– Мистер Энгстром, – проникновенно начал Киндерман. – Возможно, совершено серьезное преступление. Вы под подозрением.
Мистер Дэннингс оскорблял вас, я узнал об этом из других источников. Очевидно и то, что вы говорили неправду относительно места вашего пребывания в момент его смерти.