Автор
В темном прихоже-квартире, смотрящейся больше как коридор в фильме ужасов, ты стоишь на полу, озираясь. Красные щеки и опухшие губы говорят о том, что сегодняшнее мое желание было куда глупее обычного — вырваться из четырех стен и испугаться чего-то. Вечерняя прогулка превратилась в кошмарную беготню от невидимых угроз....
- В каком это смысле?!
- Да в таком, что если ты не приедешь к Ольге по мелкой просьбе — это не будет означать, что ты их с Авророй бросил. Вы с ней развелись, теперь ты не должен быть ей мужем, но должен оставаться отцом для Авроры. Это не одно и тоже. Понимаешь?
- Конечно понимаю!
Если честно, то нет. И, видимо, читается это на «ура», если дальше я слышу его смех…
- Стас, она не твоя женщина. Она — мать твоего ребенка, которую ты должен уважать, и ты должен быть хорошим отцом вашей девочке, но на этом все.
Цыкаю.
- Мама рассказала?
- Костя.
- Ну спасибо…
- В этом нет твоей вины, что ты не знаешь, как разделить эти понятия. Я виноват, что для тебя «муж» и «отец» — это одно, но скажи мне: ты хорошо себе представляешь Костю на твоем месте?
- Нет…
- Вот именно. Нет. Бери пример с него, он мужик хороший.
- Я не мечусь!
- Тогда докажи это делом, а не словом. Тебе нужно расставить точки над «i». Ольге это не понравится, зато твоя женщина будет спокойна. Правильно расставляй приоритеты, Стас. Тебе мой совет, как от человека, который этого сделать не смог.
Марина
- …Правильно расставляй приоритеты, Стас. Пра-виль-но.
Я моргаю пару раз, потом приподнимаю одну бровь.
- Прости, я уточню. Ты считал, что это одно и тоже?
- Не то чтобы да…
Стас задумчиво рисует на моем бедре круги, а сам устал вздыхает и пялится в потолок. Хмурится — я жду. Решаю не давить на него, в конце то концов, мне действительно хочется понять ход его мыслей. И наконец понимаю, когда он собирается: главное не спешит, ЧТД, и все само придет."
"- Отец когда от нас ушел, я видел, как маме было сложно. Ей приходилось все самой делать, помощи ждать неоткуда было, а я…Я больше всего на свете боялся, что стану таким, как он, понимаешь? - Давыдов поднимает голову и смотрит мне в глаза, а потом тихо так, проникновенно говорит, - Я не мог представить себе, как перестану общаться с Ольгой.
- Я у тебя не просила «не общаться с Ольгой». Мне понятно, что это невозможно.
- Тогда мне не было понятно, малыш. Мне казалось, что ты ставишь мне ультиматум, а я не мог тебе дать того, что ты хотела.
