Автор
Деньги в конверте подтверждают, что мужчина не врёт. Я вытираю слёзы и беру решительный шаг — обещанную мальчишку отдам на улице. Ночь окутана таинственностью и страхом: каждый жест может быть последним, но я стойко сдерживаюсь.
И уже тогда вновь обрела надежду. Только тут не по щелчку можно забеременеть, но я безумно была рада, что жизнь даёт ещё один шанс.
Три месяца хожу сюда, чтобы лучше узнать местность. Примелькалась охране, потому сейчас не останавливают на входе. Знали бы они, как бешено колотится сердце в груди, и что я намерена сделать.
- Это точно он? - смотрю на мирно спящего младенца на руках продажницы. Я выложила крупную сумму, чтобы она принесла мне желаемое. Остальное - её проблемы.
- Да, - кивает, оглядываясь, будто боится, что это подстава.
- Вот, - достаю из сумки конверт, вторую часть обещанного, и бросаю на прислонившийся к стене стул.
Держать ребёнка странно и необычно. Я так мечтала делать это со своим… Слёзы снова ищут выход, но сцепляю зубы. Не плакать. Не здесь.
- Скажешь про меня, тебя не просто посадят, - говорю спокойно и уверенно, пока девчонка пересчитывает деньги и смотрит некоторые на свет. - Настоящие, - немного обижена её недоверчивостью.
Ребёнок принимается возиться на руках, потому следует уйти как можно быстрее.
- Если это не он, тебя ждут большие проблемы. Не думай, что сможешь потеряться. Мир слишком маленький.
Она испуганно смотрит и кивает, но я уверена: она не врёт. Даже сейчас в этом двухдневном младенце я различаю черты Арса, или же мне просто кажется.
Продажница остаётся позади, а перед глазами маячит выход. Несколько десятков шагов, гулко отзывающихся в фойе, и городские звуки врываются в сознание.
Только что я украла ребёнка своего мужа и его любовницы.
Глава 62
Как только включаю телефон, тут же звонит Лапин.
- Я боялся.
- Почему?
- Потому что люблю женщину, которая жаждет мести.
- Это в прошлом.
- Значит… Теперь будет всё иначе?
- Собирай вещи, давай уже переедем в дом.
- Тебе не по нраву уют?
- Я люблю прижиматься к тебе, но, если будет достаточно места, не значит, что перестану это делать.
- Называешь мою берлогу конурой?
- Это ты сказал.
Улыбаюсь, чувствуя, как по лицу катится слеза.
- Галь, возвращайся ко мне. Эти дни были ужасны.
- Много работы?
- Знаешь, каждый раз, когда просыпаюсь, боюсь, что ты исчезнешь. Боюсь, что мне снился удивительный сон, в котором мы вместе. Потому что так уже было, потому что этот сон повторялся раз за разом, и я оказывался в реальности без тебя.
Романтик. Только если сказать об этом Лапину, он отмахнётся, потому что себя таковым не считает.
