Автор
Я захожу в темное кабинет директора. Все сотрудники давно ушли домой, а я здесь одна. Накануне я вернулась домой с новостью, которую ждала уже два года — я беременна. Теперь Артёму ждёт встреча из самых радужных вестей от моего сердца.
На улице холодный ветер. Погода заметно испортилась. Артём закидывает в багажник мои вещи, помогает мне сесть в машину. Я морщусь из-за неприятных ощущений в пояснице.
Роддом рядом. Через несколько минут мы уже входим в приемное отделение, где нас встречает Наталья Викторовна. Миниатюрная, улыбчивая шатенка с выразительными голубыми глазами.
- Пойдем, я тебя осмотрю, - говорит мне она, и я послушно следую за ней.
С трудом забираюсь на смотровое кресло. Тянущая боль в спине снова появляется, а потом исчезает.
- Алиса, все хорошо. Не переживай. Сегодня будем рожать. Раскрытие уже три сантиметра. Оформляйтесь.
Я возвращаюсь к Артёму, беру документы. Проходим оформление, а потом медсестра забирает меня на процедуры. Переодеваюсь в ночную сорочку. Спустя время нас с Артёмом провожают в третий родильный зал. Тут просторно. Свежий ремонт. Современное оборудование. Пахнет лекарствами.
- Ждем полное раскрытие и будем рожать, - говорит мне Наталья Викторовна.
Наталья Викторовна уходит, а я остаюсь с Артёмом. Я искренне рада, что он рядом. Мне так спокойней. Хожу из угла в угол, потираю поясницу. Не знаю, куда себя деть, чтобы ослабить боль. Она накатывает волнами. Приходит медсестра и ставит мне капельницу. Я перестаю ощущать время. Часы, висящие на стене, показывают полночь, а мне кажется, что мы совсем недавно приехали в роддом.
- Очень больно? – настораживается Орлов.
- У меня такое чувство, что я разгрузила грузовик с цементом. И сорвала себе спину. И теперь любое движение отдается в пояснице тянущей болью. Примерно так себя ощущаю, - морщусь от боли.
Я упираюсь руками в подоконник, дышу так, как учили в школе матерей. Но с каждым разом схватки все больнее и больнее. Артём подходит ко мне, осторожно массирует мне спину.
- Твою же мать, - я не могу сдержаться, ругаюсь матом.
Эти схватки выматывают, отнимают силы. Кто придумал роды? Почему нельзя было изобрести что-то другое?
- Не знал, что ты умеешь так ругаться, - усмехается Артём и продолжает массировать мне спину.
- Я это сделала вслух? Мммм… - снова стону от боли.
- Может, попросим обезболить? – с беспокойством спрашивает Орлов. – Не могу смотреть, как ты мучаешься. Мне хочется тебе помочь, защитить, а я не знаю, как.
