Автор
В браке, казалось бы, все должно быть понятно и простым, но жена открывает мужу о том, что он ее заменил другим. Темное утро с тяжелым воздухом влажности, когда они оба голы на кровати после любви. Муж пытается расслабиться, как обычно, но сегодня его интересует нечто совсем иное — измена, тема, которой он предпочел бы избегнуть....
— Только не говори, что ты собирался трахнуть меня во сне! Дожилась! Придется от мужа запираться в спальне!
Лана переползает на другую часть кровати и встает, наклоняется. подняв с пола трусики.
Прекрасно, она легла в них и потом… сняла…
Она лежала в постели без трусиков, она сидела в чатах для знакомств, и у нее жутко мокрая киска.
Складываю один плюс один.
По осознанию ебашит, будто прямым попаданием молнии, мысль: у нее был секс. Виртуальный!
Виртуальный, сука, секс…
— Быстро же ты влилась, Котенок! — вырывается из меня яд с жарким, гневным дыханием.
Заправляю неопавший член в трусы.
— Котенок? — шипит она. — Что еще за котенок?
— Я стал заей, ты будешь котенком, чего тут непонятно?! — испускаю короткий смешок. — Надеюсь, ты трахнулась хорошенько, а разговоров-то было… Мда… Я не такая, жду трамвая. Смотрела на меня, как на подлеца, а сама раскинула ножки перед виртуальным любовником… Ты хоть в курсе, что могла дрочить и виртиться на какого-нибудь пузатого волосатого извращенца?!
— Не твое дело, зай.
— Какой, например?!
Я гневом киплю. Грудь вздымается и опускается.
Тяжело дышать!
— Ты же умный, Ян. Я не собираюсь облегчать тебе задачу и быть откровенной о том, что я делала или не делала, с кем я это делала, и так далее… Мы же договорились. Не ебать друг другу мозги! — ловко вывернула мои же слова.
— Значит, вот так у нас теперь, да?
— Что-то не нравится? — холодно интересуется она. — Мы равноправные партнеры в этом открытом браке, не так ли? Потому что если ты хочешь открыть брак только с одной стороны, то это тупо измена, зай, а измен… я не потерплю. Теперь выйди. Мы спим отдельно! Если ты не передумал, конечно…
Снова улыбка, только теперь мягкая и одновременно скручивающая нутро удавкой.
Молчу.
— Нет? Значит, все в норме.
— Все в полном порядке, Лана. У нас, как ты помнишь… Есть сроки.
Говорю с трудом. Мой голос поддается контролю, но это стоит мне нечеловеческих усилий.
— Значит, отлично. Надеюсь, таких сцен больше не повторится.
Не повторится.
Заставляю себя уйти и даже не молочу кулаками, хотя хочется что-то разбить, зато резко вбиваю кулак в стену коридора.
На миг теряется чувствительность.
Потом в реально возвращает отрезвляющая боль от разбитых костяшек.
Возбуждение бурлит в крови.
