Первая ночь в убогой комнате озарялась лунным светом, создавая мерцание холодной серебряной дымкой вокруг простыней и рубашки. Уставшая после долгого пути, я пыталась заснуть, но каждый жесткий валик напоминал о предстоящей ночи.
Сейчас так трудно найти работу, особенно за хорошую плату. Мы шьём из местных тканей, чтобы цена оставалась доступной. Это единственный способ выжить. А господин Фарбер… он не знает, что мы поступаем так. Надеюсь, вы не выдадите нас…
Я задумалась. Эти женщины казались честными, но не только это привлекло моё внимание. Их работа была слаженной, они явно знали своё дело, а их ткани, хоть и недорогие, выглядели аккуратно обработанными.
Моя мысль начала разрастаться, как молодое дерево.
«Если бы у меня были деньги, я могла бы открыть свою лавку.
Эта идея захватила меня с головой, как будто с неба пришло озарение. Мне даже показалось, что небеса раздвинулись, и Сам Всевышний пригласил меня на этот путь.
Я прикусила губу, пытаясь заглушить тяжелое ощущение беспомощности.
И тут, как гром среди ясного неба, в голове вспыхнула мысль: приданое!
Себастьян упоминал, что родители не отдали его ему. Значит, оно всё ещё принадлежит мне! Эти деньги могут решить все проблемы… Заодно и этому козлу не достанутся.
— Спасибо вам, — произнесла я наконец воодушевленно.
* * *Я вышла на улицу, подрагивая всем телом от волнения.
Адрес родительского дома я прекрасно знала. Осталось только придумать, как добраться туда в ближайшие сроки…
Заодно посмотрю в глаза тем, кто обрек меня на такую жизнь…
Глава 17
Родители и их прием
Себастьян задерживался больше обычного.
Моя радость от этой новости была почти детской. Утром я делала вид, что равнодушна к словам Анны, принесшей мне чай:
— Хозяин сказал, что вернётся не раньше конца недели.
— Отлично, — только и ответила я, пряча торжествующую улыбку за краем кружки.
Зачем прятала? Даже верной служанке я не собиралась открывать душу…
Пробраться в кабинет Себастьяна ночью оказалось, как всегда, делом лёгким.
Толкнула дверь кабинета, и она поддалась с едва слышным скрипом.
На первый взгляд на столе царствовал хаос. Письма, записи о делах поместья, счета.
