Самостоятельно.
Все, мой мальчик вырос и может рулить своим имуществом сам. Он умничка, справится. Значит, я больше никакого интереса для бизнес-элиты города не представляю… да и вообще…
- Олег, из той подставы, которую ты устроил собственному сыну, мы выбрались. Все эти годы ты не бедствовал: жил, как хотел, ни в чем себя не ограничивая. Но только лишь потому, что мы работали. А сейчас я рада тебе сообщить: дальше вы с сыном рулите своим холдингом так, как вам хочется. Я уволилась.
Заявление мое давно у Адель лежит. Нужную дату она поставит. Пусть отец с сыном как-то ищут консенсус. Я в этом безумии больше не участвую.
В конце концов, если Кир захочет продать свою долю, то без труда найдет кому.
И с этого праздника жизни. Да и вообще.
Правда, я все еще допускаю мизерный шанс, что прошедшие три года были важными не только для меня. Поэтому не стану делать, как дурочки в мелодрамах.
Я заеду попрощаться.
Встаю, глажу по плечу насторожившегося сына. Отрицательно качаю головой на его немой вопрос.
Широко улыбаюсь Зарецкому-старшему:
- И вот еще, что давно хотела тебе сказать: спасибо за сына. Это единственное, что у тебя в жизни получилось хорошо. Остальное все – так себе достижения. И, естественно, в твоей спальне ноги моей больше не будет. Никогда.
И выйти вон с высоко поднятой головой.
Все. Теперь Олега в моей жизни быть не должно.
Наша долгая и больная история завершилась. Для меня. А его мнение, наконец-то, не имеет никакого значения.
Даже дуры иногда умнеют.
Так как на свадебном подарке меня возил муж, то в свой клуб он на нем и умчался. Славься, Джей, в этом городе нет проблем с такси.
Еду к Андрею и думаю, что как бы я ни бегала, как бы не хмурилась и не уворачивалась, но время для решающего разговора настало.
Он был слишком уж хорош все эти три года. Внимателен, заботлив, терпелив. С пониманием к моим проблемам, психам и загонам. Периодическим слезам на пустом месте, страхам и капризам.
Мой муж вел себя не как «фиктивный супруг по договору». Он был, а не казался. И мне с ним было хорошо, тепло, спокойно и надежно.
За его широкой спиной я чувствовала себя уверенно и в безопасности.
Может, и для меня пришло время перешагнуть через свои страхи? Доверить душу, так как я доверила тело, о котором он все эти годы заботился?
Такси как раз въезжало на парковку у спорткомплекса, когда я поняла, что пора.
В груди билось испуганной птицей предвкушение и азарт. Ну и страх, само собой.
