Автор
Просыпаюсь под лучами солнца, готовясь к дню, когда можно будет наконец-то забыть бессонную ночь, проведённую за чужим человеком. С каждым шагом становится яснее: мне нужно сохранять фальшивую идиллию для мужа, пока самолюбие не выведет меня из себя.
— И тебя ничего не смущало? Ложиться в постель первого встречного, будучи невинной девчонкой?
— Он был особенным первым встречным. Я сразу почувствовала, что между нами есть связь, но многое изменилось впоследствии. Я всё равно планировала провести с кем-то ночь. Дмитрий свёл меня с ума, и я ни о чём на желала… Пока он не привёз меня сюда. Даже здесь он обещал, что разведётся, но до вчерашнего дня. Вчера он заявил, что любит свою жену и не сможет развестись. Дмитрий сказал, что отношения со мной были ошибкой.
— Потому что ты разыграла падение с лестницы?
Алина вздрагивает. Её миловидное кукольное личико обретает мраморный оттенок. На губах застыл изгиб, похожий на пугающий оскал.
— Я догадалась. Слишком маленькими жертвами ты отделалась.
— Вы догадывались, что у нас с Димой есть что-то? Знали, что я беременна от него, а не от вас с ним… в смысле, что я не суррогатная мать?
Стоит ли говорить мне о своих догадках? Определённо — нет. Любовница моего мужа совсем не тот человек, с которым я могу откровенничать.
— Мне интересно другое — смогла бы ты любить Диму так же сильно, если бы узнала, что этот дом, машина, всё, что у него есть — принадлежит мне? Или муженёк забыл об этом обмолвиться? Этот дом получен по наследству… Машина оформлена на меня и подарена моим отцом.
Алина опускает голову и кивает.
— Мы бы с ним справились со всем.
Просит у меня помощи, но при этом успешно показывает злой оскал. Алина скалится, обнажая клыки, задевая меня за больное.
Я действительно не смогла уберечь нашего малыша, но теперь и не жалею, что тот не родился.
— Что ты думаешь делать дальше? Рассказав мне всё прямо сейчас? Не боишься, что я просто выгоню вас обоих?
— Вы этого не сделаете! Когда я спросила — любите ли вы своего мужа, вы ответили «да». Мой отец убьёт нас обоих, если вы прогоните. Возможно, вы ненавидите меня, но Диме вы не желаете смерти, хоть он и изменил. Вы просто должны знать, насколько он — мой отец — страшный человек.
