Автор
Меня здесь не должно быть. Я чувствую себя неловко и застенчиво среди так много загоревшихся мужчин. Воздух наполнен музыкальным шумом, но это не танцы, это что-то более интимное и откровенно другое. Это место вызывает смутные и неприятные чувства в моем сердце.
– Мне не было с тобой больно! Марк! Только… в самый первый раз! И то… Потом это было чудесно! И мне всегда было хорошо!
Я не лгу, не лгу! Мне казалось, я самая счастливая! Я считала, что и он тоже. Получается, Марк врал? Каждый раз занимаясь со мной любовью – врал?
Я так старалась, я… мне казалось, что его всё устраивает!
– Если тебе было со мной плохо, почему ты не сказал? Почему предпочёл окунуть меня, нас, наш брак, нашу любовь в эту грязь?
– Мне было хорошо, Аля… Я же пытаюсь объяснить, пытаюсь… Я люблю тебя.
– Ты… ты просто не знаешь, что такое любовь. Если бы ты любил меня, ты бы… ты… Никогда не пошёл бы на это! Никогда!
– Аля…
– Не трогай, пожалуйста. Не надо. Не подходи… если тебе так нужна женщина – вперед! Иди! Выбирай любую! Сегодня там их были десятки. Тех, кто с удовольствием…
– Аля, я прошу тебя…
– А я прошу тебя! Давай просто закончим. Я дико устала. Завтра я с утра поеду к бабушке. Если… если ты мне запретишь я… я всё равно вырвусь, ясно? Устрою наводнение, пожар… что угодно.
– Водитель тебя отвезет.
– Это ради бога. Да, и еще… Марк. Развод. Я буду добиваться развода. И лучше тебе мне уступить.
– Нет. Аля. Я не могу. Пожалуйста. Ты ведь тоже говорила, что любишь меня? Разве любовь проходит так быстро?
Он повторяет слова бабушки. И смотрит на меня. Внимательно. Изучая.
Это он у меня спрашивает о любви? Он?
– Она не проходит, Марк. Её убивают. Контрольным выстрелом в сердце.
Разворачиваюсь и ухожу. Не видеть, не слышать, не говорить.
Погружаясь в ванну с солью, пытаюсь расслабиться.
И пытаться решить вопрос с разводом. И с тем, как бы спрятаться подальше от Марка.
«У вас удивительные ладони, невероятно красивые пальцы. Такие пальцы нельзя забыть…»
Не знаю, почему в памяти всплывают эти слова и лицо этого человека. Владимир Набоков.
Нет, конечно, у меня и в мыслях нет как-то использовать этого Набокова. Да и как я могу? Просто вспомнила, как он держал мою руку. И его синие глаза.
Могла бы я быть с другим мужчиной после всего? И нужно ли мне это?
Мне надо думать о себе и о ребёнке.
Утром быстро завтракаю и еду в клинику. Все спокойно. Никто меня не удерживает. Но охранник заходит со мной.
