Автор
В густых тенистых джungлах ждет невероятный шок — приготовьтесь к темноте и загадкам в этом эпи центре изменений и лжи, где каждая улыбка может быть фальшивой. Под мрачным небом подстерегает дрожащий огонек сомнения, когда вы стучите по воротам своей новой жизни.
Ты действительно готова посвятить в нашу личную жизнь весь полицейский участок?
— Нет у нас больше никакой личной жизни, подонок! Твоя осталась на даче! А я своей непременно займусь как только с тобой закончу…
Грубо припираю свою хрупкую девочку к стенке, не позволяя продолжать эти глупости:
— Займемся, моя маленькая. Прямо вот сейчас займемся твоей личной жизнью, принцесса, — нетерпеливо поглаживаю ее плоский животик аккурат над резинкой трусиков. — А закончить я тебе помогу прямо сейчас, — скольжу пальцами вниз.
Леся дергается в сторону:
— Эй, какого черта ты делаешь?! — вопит она.
— Ты ведь сама выбрала второй вариант, — хмыкаю ей в ушко.
— К-какой еще… — ее трясет.
— Как же? Примирительные ласки.
Глава 10"
"— Уж лучше убей! — воплю я, сквозь слезы, всеми силами пытаясь вырваться из его рук.
— Ну же, девочка моя, — он без особого труда пресекает любые мои протесты, целует мою шею, явно не собираясь пощадить меня.
За что он так со мной?!
Он ведь никогда таким не был. Не со мной…
Всегда снисходителен.
Оказывается он делил свое тепло с другими.
Так почему именно сейчас?..
Решил добить меня?
За что он так жесток?!
— Не надо… — шепчу я сквозь слезы, потому что сил на крик просто не осталось, — Рома…
Но он будто не слышит меня.
— Умоляю, отпусти…
— Никогда, глупая, — выдыхает мне в ухо, сжимая мое тело своими огромными ручищами.
— Ромааа, — вою я. — Мне так больно, прошу тебя…
— Просто перестань сопротивляться, малыш. Тогда не будет больно.
Значит все дело в моем протесте? Он наказывает меня за то, что я отказалась уйти с ним? Так бы сразу и сказал, что это просто воспитательный процесс, сволочь!
— Я пойду с тобой! — говорю сквозь слезы.
Он наконец прекращает свою пытку и не сразу, но отстраняется.
В сдерживаемой истерике вжимаюсь в чертову батарею, которая казалась мне спасением от мерзавца. Как же я ошибалась…
Вздрагиваю, когда Рома разворачивает меня к себе лицом.
— Перестань так реагировать, — приказывает он строго.
